Руины некомпетентности полностью

Так постепенно вырисовывались очертания плана «Барбароссы». Цель — уничтожение РККА и захват промышленных центров и Бакинской нефти.

Не случайно в разгар победоносного наступления вермахта на просторах СССР 21 августа 1941 г. Гитлер дает указание Браухичу:

«Соображения главнокомандования сухопутных войск относительно дальнейшего ведения операций на востоке от 18 августа не согласуется с моими планами. Приказываю:

Главнейшей задачей до наступления зимы является не взятие Москвы, а захват Крыма, промышленных и угольных районов на Донце и лишение русских возможности получения нефти с Кавказа».

Гитлер даже приостановил темпы продвижения войск группы армий «Центр» при проведении операции «Тайфун» по захвату советской столицы. Генерал-фельдмаршал Федор фон Бок негодует. Он критикует недальновидный приказ фюрера. Ослабленная его группа армий терпит поражение под Москвой…

Некоторые немецкие генералы предупреждали Гитлера, что крен в сторону Кавказа — авантюра, что при такой ситуации могут возникнуть «котлы», что у Советов хватит ГСМ и без Кавказа, а машиностроения — без юга Украины.

Гитлер играл в арифметику. Он точно знал определенные цифры, которые радовали его и обнадеживали. Ему было известно, что солдаты и офицеры вермахта к середине июля 1941 г., потеряв убитыми всего лишь 100 000, уничтожили 100 из 170 дивизий противника; убили и взяли в плен около миллиона красноармейцев и командиров; захватили и уничтожили 6 000 танков, 3 500 самолетов, более 10 000 орудий. И это все за первые двадцать дней войны!

От радости у фюрера «в зобу дыханье сперло». Ему верилось в продолжение таких темпов наступления.

«Эврика! — подумал Гитлер. — Я понял, почему летом 1941 г. Красная Армия не стала защищать свою страну. Власть, построенная троцкими и их приспешниками — инородцами, унизившими страну репрессиями с колоссальными жертвами, не будет защищаться. Гнобителей своих люди не будут оборонять.

Интернациональный большевизм противен всему русскому народу. Так будет и впредь. Кадровая армия Советов перестала существовать. Это не армия — это лишь гигантское скопление людей в военной форме. Плохо обученное военному делу и не редко без оружия. Регулярных дивизий в европейской части страны уже не осталось. Западный фронт русских рассыпался, как карточный домик.

Превосходство вермахта над РККА в подготовке войск очевидно. Мне упала на колени вся Европа, упадет и Россия. У руководителей страны и армии наступил паралич воли к сопротивлению. Победа не за горами!»

Но Гитлер в порыве радости забыл одну истину: воюет не железо — воюют люди! Трудности их закаляют, на ошибках люди учатся.

Была переоценка ценностей и в умах простого советского солдата, который считал, что после 22 июня 1941 г. прежняя ВКП(б) с ее лозунгами «мировой революции», «пролетарской солидарности», «классовой борьбы» стала де-факто политическим банкротом. На прицельной планке, на кончике штыка, в летящей пуле в сторону фашистов виделась месть за поруганную жизнь, за смерть близких, за разрушенные очаги, за жестокость пришельцев. Партия и вожди для бойцов были по барабану.

У Сталина в голове крутились и постоянно терзали его другие мысли: