Произвольно меняя направление, он выезжает за город. Гонка с преследованием по проселочным дорогам на огромной скорости. Стремительная смена пейзажей за окном, визг шин на крутых поворотах – все это усиливает панический страх Мередита. Он ведет борьбу во имя жизни. Мы понимаем, что потеря ориентации, вызванная событиями минувших недель, в результате этой безумной гонки катастрофически прогрессирует. Нервы Мередита начинают сдавать.
В наступающих сумерках он допускает ошибку на неожиданном повороте. Он резко нажимает на тормоз. Машину заносит и выбрасывает с дороги через изгородь на какое-то поле.
С кровоточащей ссадиной на лбу от удара о ветровое стекло Мередит выбирается из машины. Он видит приближающуюся машину ФБР и с криками бросается к ней. Подсознательно он жаждет драки со своими преследователями. Но все происходит не так, как он хочет. Два агента выскакивают из машины и мгновенно скручивают его. Они делают вид, что ищут у него оружие.
Водитель холодно произносит:
– Не ставь нас в трудное положение, Мередит. Нам не очень нужны такие, как ты. Такие, которые носят нашу форму, а работают на противника.
Мередит окончательно падает духом: им известна тайна из его прошлого. Во время войны в Корее, будучи двадцатилетним лейтенантом, он попал в плен и не устоял под давлением тех, кто его пленил. Впрочем, он был не одинок, таких, как он, насчитывались сотни. Сотни доведенных до отчаяния людей. Командование армии отнеслось к ним с пониманием. Позднее их заверили, что из личных дел эта страшная страница будет вычеркнута. Ведь они с честью выполнили свой служебный долг, к тому же им пришлось столкнуться с тем, к чему их никогда не готовили.
Никто из них не был наказан, и каждый постарался поскорее забыть этот мрачный период своей жизни.
И вот теперь оказывается, что людям Гувера все известно. Алекс понимает, что они обязательно самым безжалостным способом используют это против него, даже против его жены и детей.
Агенты ФБР отпускают Мередита. Он медленно бредет в сумерках по проселку.
Питер закрыл блокнот и взглянул на Элисон. Она смотрела прямо перед собой широко раскрытыми глазами. Офицеры, сопровождавшие гроб, сидели где-то впереди, чтобы не мешать дочери генерала скорбеть об отце.
Элисон почувствовала на себе взгляд Питера и, повернувшись к нему, выдавила слабую улыбку:
– Вы работаете?
– Работал, но уже кончил.
– Я рада, что вы работали. Мне сразу стало как-то легче. Надеюсь, я не мешала вам.
– Вовсе нет. Это ведь вы настояли, чтобы я не бросал роман, не так ли?
– Скоро будем на месте, – произнесла она, будто не расслышав того, что он сказал.
– По-моему, нам осталось лететь еще минут десять-пятнадцать…
– Да. – Она снова углубилась в свои мысли, глядя через иллюминатор на голубое небо.
Вскоре самолет пошел на посадку.
Когда они вышли из самолета, их попросили подождать в офицерском салоне.
