Но в тот короткий момент Петунья могла ее обязать или заставить делать что-то по дому. Хотя, разумеется, после выполненной из-под палки работы Лили злилась еще больше. В итоге, в обычный день ее было не допроситься помочь по хозяйству. Рыжие особи, они ведь весьма хитрые, вредные и упертые, как убедилась старшая Эванс.
Интересно, что же умудрилась сейчас-то натворить нехорошего взрослая разумная девушка, то бишь, женщина, к тому же замужняя и беременная? Не разнесла же стихийной магией половину зимнего сада? Впрочем, Кричер бы этого наверняка не допустил. Он после переселения Регулуса в землю обетованную успокоился и стал очень увлеченным и ревностным садоводом, так что Петунья могла спокойно доверять ему в плане безопасности своего зеленого цветущего и благоухающего мирка. Ну и можно попозже узнать, что случилось — он обязательно придет и доложит...
— Ты не занята сейчас?
— Н-н-нет. А что, ты хотела что-то? — спросила сконфуженная Лили, испытывая дикую неловкость. Сейчас, когда злобный порыв прошел, ей стало стыдно и неприятно. Ладонь еще помнила прикосновение нежных, чуть влажных и ломких хрупких лепестков, то, как они покорно и безропотно с хрустом смялись в жестоких тонких пальцах и стали изломанной бесформенной массой вместо прекрасного белого цветка... Да, раньше она портила Петуньины вещи, но они ведь не были живыми, это были просто-напросто вещи! А сейчас... она вдруг четко и ясно осознала, что лилия умерла, и целиком и полностью по ее вине. Как бы ей хотелось сейчас получить на некоторое время хроноворот, чтобы исправить это недоразумение и еще несколько других, в далеком и близком прошлом... но, увы, сильные магические артефакты выдавались лишь в самых крайних экстренных случаях. Хотя... хроноворот для перспективных одаренных школьников тоже подошел бы — ей хватило бы и часа назад — восстановить уничтоженный цветок.
А вообще, тут есть над чем подумать. Что бы там ни было, Лили в рейдах, на которых отправляли членов Ордена Феникса, не убила ни одного врага. Оглушить, связать, бросить на поле боя обездвиженными — да. Это без проблем. Но убить... оказывается, это... совсем не просто. А так — какой же прок тогда от их вылазок, если не уничтожать врага численно? Ведь он опять выйдет против них в следующей битве, и вполне возможно, что убьет ее, не задумываясь. Как бы там ни было, она и дальше не сможет этого сделать. Хоть и говорят, что к убийствам привыкаешь, да вон хоть со слов хвастливого и многословного Аластора Хмури, но ведь она женщина! Ее прямое предназначение — давать жизнь, а не отнимать ее.
Лили вдруг четко осознала, что не хочет возвращаться в военную Британию. Слышать, как муж и его друзья беззастенчиво и цинично хвастаются ратными подвигами... нет, лучше уж жить спокойно и тихо, без нервных потрясений и угрызений совести, со спокойной душой. Да, спокойной и, главное, целой душой!
Ведь главной заповедью Света всегда было именно сохранить целостность человеческой души, не осквернить ее убийством себе подобного. А они как раз этим и занимались. Ладно Пожиратели, это их кредо в общем-то, цель и намерения. Но им, Рыцарям Света, пристало ли действовать методами врага? Не уподобятся ли они в погоне за целью тем же Пожирателям, для которых нет практически ничего святого? Хотя... о чем это она, маги ведь язычники, у них нет святых...
Странно также, что Дамблдор великий последователь Добра, защитник маглов, исподволь толкает их на этот скользкий и сомнительный путь...
Неужели же нельзя было бы мирно и бескровно разрешить этот конфликт? Вон в Америке, судя по рассказам сестры, колдуны и люди сосуществуют рядом, и никто никого не преследует и не убивает. Почему у них нельзя так же?
Крамольные мысли вихрем проносились в хорошенькой рыжей головке, сумбурно перескакивая с одного события на другие, поэтому она с трудом услышала просьбу сестры помочь ей на кухне с готовкой.
Да-да, лучше уж возиться на кухне, чем ползти темной ночью по сырой земле, с палочкой наизготовку, пачкая мантию и платье. Мерлин, и зачем ей нужно было все это? Романтика? Да ну ее в болото! Она обычная женщина и хочет красивый большой дом и спокойную мирную жизнь!
Некстати, или кстати, вспомнились сцены из думосбора, показанные Петуньей и стало вдруг холодно, пробрала сильная дрожь: ее ведь могло и не быть сейчас здесь, в этом большом и уютном особняке... если бы не Пет и Северус...
Только сейчас, на контрасте переживаний, до Лили дошло все то, что пыталась ей вложить в голову сестра. Мужчины могут воевать сколько им угодно, они почему-то любят это занятие, а она... не хочет она всего этого! И потому пойдет сейчас с сестрой на ее шикарную кухню и будет вместе с ней готовить еду для себя и других домочадцев.
