— Посмотри, что с дровами, — попросила Тубуса Гюрза. — Если что, время ещё есть, можно за мебелью в интернат добежать.
— А где печь? — уточнил он.
— В общем зале должна быть, который с кроватями, — вместо неё ответила Гадюка.
— Темно, блин, как у негра в жопе! — выругался Марио, обо что-то запнувшись.
— Под ноги смотри, — запоздало посоветовал я.
— Угу, спасибо за совет, — саркастически ответил он.
— Нормально! — прилетел крик из дальней комнаты. — Дров на пару дней хватит.
— Тогда огонь разведи, а мы пока с нашим другом пообщаемся, — вернула Гюрза и подтолкнула пленника к комнате радиосвязи.
— О, а здесь и генератор стоит! — озвучил находку Марио.
— Если ты его заведёшь, я тебе конфетку дам, — с ухмылкой добавила Гюрза, после чего закрыла дверь.
Девчонки не просто так выбрали связную в качестве комнаты для допроса. Изнутри она была обита звукоизоляционным материалом, и даже если что-то проникнет наружу, то максимум, что удастся услышать в коридоре, — невнятное бормотание. К слову, меня на допрос впустили. Знал бы я, что меня там ожидает, ни в жизни бы не сунулся.
За дело взялась Гадюка. Похоже, кличку ей выдали не просто так. И хоть по характеру некой долей безумия и пофигизма она чем-то напоминала мою змейку, но была более злой и агрессивной.
— Ну чё, падаль, говорить будем? — спросила она и, не дожидаясь ответа ударила ребром ладони по сломанной руке.
Пленник взвыл от боли, едва не прожевав кляп. У меня аж колени заломило, когда я представил, какую боль он сейчас испытывал.
— Ты ему хавальник для начала освободи, — посоветовал я и отстранился от безумного взгляда Гадюки.
Однако она всё же прислушалась к моему мнению и, размотав скотч, который удерживал тряпку во рту пленника, вытянула последнюю. Мужик тут же зашёлся в кашле. Гюрза молча вытащила из рюкзака бутылку с водой и протянула ее подруге. Я-то думал, они хотят его напоить, но вместо этого Гадюка выхлебала всю воду и сыто рыгнула.
— На кого работаешь? — ледяным тоном спросила она.
— Угомонись, Юки, — попросила Гюрза, перебирая камни, которые она высыпала из мешочка на стол. — Правду он тебе всё равно не скажет.
— Это мы ещё посмотрим, — усмехнулась та и вытянула нож. — Сейчас я его на ремни порежу.
— Руль, придержи эту психованную, пока я микс делаю.
— Вообще-то, у неё нож, — заметил я, а потом до меня дошёл смысл сказанного. — Погоди, в смысле — микс⁈ А ты что, разве умеешь?
— Ну надо же на ком-то тренироваться, — флегматично пожала плечами Гюрза и раздавила пяткой ножа первый камень.
— Стойте, не надо! — тут же взмолился пленный. — Я всё скажу.
— Это понятно, — кивнула Гадюка. — Со свиноколом в кишках сложно хранить молчание. На кого работаешь, мразь⁈
— Да что я вам сделал-то? Я ничего не знаю!
— Смита ты завалил? — спокойно спросила Гюрза.
— Меня наняли.
— Ну вот, а говоришь, не знаю. Кто наниматель?
— Без понятия, нам заказы от агента поступают. Мы не задаём вопросы.
— Мы — это кто? — уточнила Гадюка, поигрывая ножом.
— Гильдия.
— Опа, — хищно оскалилась девушка. — А я слышала, что гильдию нагнули.
— С чего бы?
— С того, что я сама на них пахала, — ответила она и коротким движением вогнала нож прямо в ляжку пленному.
Его крик ударил по ушам, заставляя меня поморщиться. А Гадюка, продолжая улыбаться, принялась ворочать клинком в ране.
— Руль, твою мать, убери её от него! — пытаясь перекричать пленного, попросила Гюрза. — Она из него сейчас стейков нарежет.
Я схватил девушку за плечи и оттащил её от раненого. Странно, но я ожидал сопротивления, вот только девушка свободно мне поддалась, хотя и продолжала брыкаться, делая вид, будто хочет вырваться.
— Пусти, я эту падаль сейчас на филе распущу! — прорычала она.
Да меня наконец дошло, что они делают. Стандартная схема с плохим и хорошим полицейским. Разве что Гадюка сильно переигрывает. Не в том смысле, что фальшивит, исполняя роль, а очень сильно уже в неё вжилась.
— Так, готово. — Гюрза поднялась, закручивая рандомную смесь пыли в бумажную трубочку. — Ща будем тебя лечить.
— Нет, не надо! — перешёл на визг пленник и попытался отползти от надвигающейся угрозы. — Нет, пожалуйста!
По ходу того, как Гюрза приближалась, на его штанах расплывалось мокрое пятно. Судя по тому, что я слышал, подобные вещи превращали людей в слюнявых идиотов, у которых даже не хватало мозгов снять штаны, перед тем как сходить в туалет. Пожалуй, это страшнее, чем нож, до сих пор торчащий из его ноги.
Моё сердце сжималось в комок по мере того, как пленник сворачивался калачиком, лишь бы не допустить попадания пыли в лёгкие. Не выдержав напряжения, я выскочил за дверь, чтобы не видеть всего этого дерьма. Прижавшись спиной к стене, я застыл в тёмном коридоре, хлопая себя по карманам. Внезапно очень захотелось покурить.
— Марио? — выкрикнул я в темноту.
— Чё? — прилетел ответ из глубины бункера.
— Подсвети, плиз, — попросил я. — Не вижу ни хрена.
— Ща.
Вскоре в глубине коридора заплясал лучик света, а затем появился и охотник.
— Курево есть? — поинтересовался я.
— Держи. — Он протянул открытую пачку.
