Сколько раз я с тех пор проходил мимо стены — не счесть. Но всегда на ней что-то менялось. Одно стирали, другое дорисовывали. Панков сменили рокеры, их — готы, затем пришли эмо, потом хипстеры, а за ними… Честно, я даже не представлял, кто там в неформальной тусовке сейчас в тренде. Нет ничего постоянного в этом мире. Эх, Макс! Даже здесь ты умудрился просчитаться, мой друг. Мой глупый лучший друг.
— Будь как дома путник, я ни в чем не откажу… — Пацан решил сменить репертуар и затянул страшилочку, подражая интонациями Горшку. Пришел на ум вчерашний гитарист из Рулетки. Опыта игры у него было явно меньше, а вот искренности — в разы больше. Да и пел он гораздо лучше.
Ко мне подплыла улыбчивая девочка с волосами цвета морской волны и протянула перевернутую шляпу. Вспомнив себя в ее годы, я подкинул этой аське всю мелочь, что была в кошельке. Подумал — и добавил пару некрупных купюр. Девушка сделала шутливый книксен и поплыла дальше.
Теперь нужно было быстро пообедать и топать обратно. Время перерыва заканчивалось.
В офис я вернулся в самом прекрасном настроении, насвистывая вступление из «Пачки сигарет». И окунулся в странное оживление. Народ в комнате ожесточенно спорил на повышенных тонах. Колобок Антон, весь красный, замер напротив такого же красного админа Артема, низко пригнув голову, очень напоминая разъяренного быка на корриде. Юля уткнулась в монитор, всем видом демонстрируя непричастность к происходящему. Серега сидел в углу и лыбился. Андрей Петрович флегматично попивал чай из большой кружки с надписью «Дед». Остальные просто галдели. Мое появление и вовсе осталось незамеченным.
— А что у нас, собственно, происходит? — спросил я, привлекая к себе внимание.
Разом все замолчали. Стало тихо. Как перед бурей.
— Да, Артем, расскажи, а что у нас происходит? — эхом отозвался Серега, откровенно веселясь.
Артем опустил взгляд.
— У нас диск посыпался на почтовом сервере, — через силу признался он после заминки.
— Ну ничего, бывает. — Я прошел к своему столу, снимая пиджак и вешая его на спинку кресла. — Все железяки ломаются время от времени. Диск есть запасной?
— Да, уже вставили, — ответил Артем.
Молчание начинало напрягать.
— Ну так восстановите из бэкапа архив, делов-то! У нас же резервные копии всей почты каждую ночь делаются. Конечно, потеряем переписку за сегодня, но это не самая большая трагедия.
На Артема было жалко смотреть. Он мялся, комкая в руках исписанный листок бумаги.
— Мы не можем восстановиться из бэкапа, — пробормотал он едва слышно и обреченно опустился на свой стул.
— А почему? — Я крутанулся на кресле, разворачиваясь к несчастному парню.
— О, Егор, сейчас самое ржачное будет. — Серега явно наслаждался представлением.
— Потому что бэкапы складывались на соседний логический раздел, — грустно сказал Артем. — Который хранился на том же физическом диске. Который накрылся.
Я сидел, пытаясь переварить поступившие вводные. И постепенно смысл сказанного дошел до моего сознания, как и вся величина человеческой тупости.
— Артем, заинька, — начал я как можно более ласковым голосом. — Я правильно понимаю, что каждую ночь мы делали резервную копию диска, которую клали на тот же…
Я запнулся, сделал три глубоких вдоха. Было нелегко, в груди ощутимо покалывало.
— …на тот же хард, что бэкапировали? Просто в другой логический раздел? — Я нашел в себе силы закончить фразу.
Артем молчал.
— Ладно, солнышко мое. А где другой внешний жесткий диск, который мы сами купили для этого? — Точнее, я купил: лично оформлял в бухгалтерии документы. — Бэкапы же туда складывались изначально, мы же вместе с тобой все настраивали.
— У меня дома. — Артем хмуро смотрел в стену, в пол, на потолок — куда угодно, кроме меня.
— И что он там делает? — продолжал я свой допрос.
Что ж все клещами тянуть приходится?
— Я его как-то раз домой забрал и забыл обратно принести.
Так, спокойно. Я покрутил фенечку на левом запястье. Пять оборотов, пять долгих выдохов. Ох, молодой же парень! Только жить начал, еще тридцати нет. Похороны опять-таки сейчас дорого обходятся…
— И как давно ты его забыл?
— Да с полгода уже прошло.
— Блядь.
Народ шокировано уставился на меня. Даже Юля, распахнув глаза, прикрыла рот ладошкой. Серега ржал в своем углу. А что, я не живой человек, что ли? Слова бранного сказать нельзя? Впечатлительные какие, это они меня в Рулетке не видели. И хорошо, наверное, что не видели…
Мысль о Рулетке зажглась в голове большой красной вывеской. Мне нужно было срочно оказаться подальше отсюда. Как можно дальше, пока ни один подопытный не пострадал. Я медленно поднялся с кресла. Вся почта за последние полгода… Все согласования… Переписки… Обсуждения… Рекомендации…
На миг закружилась голова, перед глазами потемнело, и я, покачнувшись, быстро оперся о стол. Но через несколько секунд отпустило.
— З-з-з-значит так…
