Ира притихла, съежилась. Но Таня не дала ей унывать.
– А ты – молодец, кожа хорошая, чистая. Следишь, маски делаешь?
– Редко, – Ира зарделась от похвалы. – И только самые дешевые.
– Какие это? – заинтересовалась Марина.
– Если надо к утру, то перед сном овсяные хлопья кипятком заливаю, потом этой кашкой намазываюсь на полчаса. А если надо быстро взбодриться, то контрастной водой. Ставлю две мисочки и поочередно макаю тряпочку то в горячую, то в холодную воду. И так раза три- четыре.
– Молодец! – восхитилась Марина. – Косметические фирмы пусть локти грызут, никаких масок в тюбиках тебе всучить не удастся. Что скажешь, Таня, не по зубам такой орешек?
– Это до тех пор, пока она голубую глину не попробовала, – парировала Таня, попутно занимавшаяся продажей косметики. Она прошлась по челке филировочными ножницами, руками слегка взбила волосы на макушке и, глядя из- за спины Ирины в зеркало, спросила:
– Узнаешь? Это еще без краски и укладки.
Ира молчала. Девушка в зеркале была явно моложе, красивее и счастливее, чем Ира привыкла себя видеть. Влажные волосы облегали голову, как небольшая шапочка, на лоб падала прозрачная челка, смотрелось это современно и стильно. Такой девушке шла гордая посадка головы. Ира перевела дух, выпрямилась и несмело улыбнулась себе, новой. Марина горячо расхваливала стрижку.
– Таня, ты превзошла себя!
– А то! – важно ответствовала Таня, раскрывшая альбом с образцами. Она стала сравнивать волосы Иры с разноцветными пучочками. – Ничем не красилась?
– Нет.
– Цвет волос у тебя, конечно, редкий, оттенок пепельный, но тебе не идет, – вынесла приговор Таня. – Будем делать соломенную блодинку.
– Из меня – блондинку? – С ужасом, граничащим с восторгом, переспросила Ира.
– Да, и чуть- чуть добавим рыжеватый отлив, на солнце будут искорки. – Она захлопнула папку и принялась составлять краску из трех тюбиков. – Или ты хотела при голубых глазах быть жгучей брюнеткой?
– Каких голубых, они же у меня серо- бурые какие- то!
– Ой, не смеши народ! Это ты одета в серое, вот и глаза – серые, а ты бирюзовое надень – заголубеют. Ну, и тени, подводка, конечно, нужны соответствующие.
– Да, цвет одежды и косметики много значит, – поддержала Марина. – Таня, у тебя есть что- нибудь для примера?
– Принеси из спальни со стола пакет. Там новая кофточка голубая, мне ее сегодня привезли.
Быстро, аккуратно нанеся щеточкой краску, Таня закутала голову клиентки пленкой, полотенцем и предложила перейти к столу выпить чайку.
– Марина, ты, небось, опять пирожные привезла?
– Не бось, не бось, привезла, – шутила Марина, доставая коробку из пакета. – Только я тебе не дам, Носик прожорливый, сначала челку мне подправь, а то набросишься на еду и про все забудешь. А ты, Ира, бери, не стесняйся. Сладкое помогает при стрессах.
– Да за настоящий эклер из «Праги» я тебе могу хоть три челки постричь.
Выпростав руки из- под пеньюара и стараясь меньше двигать замотанной головой, Ирина с удовольствием пила чай с вкусными пирожными, слушала веселый диалог подруг и удивлялась, как она могла столько времени обходиться без Марины. «Что бы со мной дальше ни случилось, ни за что не буду ее терять».
– Марина, я твои волосы просто не узнаю. Куда девались кудри? Они стали совершенно прямые. Да и укладка не держится, нужен гель сильной фиксации. Этот ребенок у тебя точно – мальчик. Он тебе еще и зубы испортит. Мужчины все норовят себе загрести, даже такие мелкие.
– Не обижай ребенка, ему кальций нужен. Своего заведешь – тогда и критикуй.
– Ой, некогда сейчас, вкалывать надо по- черному! Максим хочет маленькое дело завести.
– Какое?
– Мастерскую по ремонту шин. Только хорошую, с импортным оборудованием. Купить хочет через банк, забыла, как это называется?
– Лизинг. Такая форма кредита.
– Точно, а ты откуда знаешь?
– Так третий год Андрею экономические обзоры редактирую. Поднаторела.
– Да, уж, наблатыкалась.
– Как, как ты сказала, «наблатыкалась»? Новое слово у тебя.
– От свекрови. Она – такой человек интересный, и словечки у нее свои, оригинальные. Но больше всего мне нравится, что она меня никогда не ругает, даже за дело. Промолчит – и все.
– А ты?
– Я? Что я, одичала, – с таким ангелом ругаться? – Таня в очередной раз взглянула на настенные часы. – Все, хватит чаи гонять, пошли на головомойку.
Ира с чувством нереальности происходящего покорно пошли в кухню, где над раковиной висел такой же, как у нее дома, нагреватель воды.
– О, какой цвет роскошный получился! Надо записать рецепт для следующего раза. Нет, погоди, я еще только подсушила, а надо уложить. Смотри, запоминай. Здесь – вбок, а челку – внутрь. У тебя есть круглая расческа? Нет – значит, купи. А пока закрой глаза.
Ирина послушно зажмурилась, ожидая невозможных чудес. Казалось, жужжание фена отогнало все тревоги последних дней.
– А сейчас я кое- что тебе набросаю на веки, – Ирина ощутила легкие мазки чем- то мягким и приятным. – Да и губы заодно подкрасим.
– Все. Марина, доставай кофту.
Ловкие пальцы развязали тесемки пеньюара, что- то мягкое легло вокруг шеи.
– От- кры- вай!