Это все сон, — сказал Каллоссакс, надеясь убедить ее. Это нереально. Не существует места, где дети играют без страха. Есть только здесь и сейчас. Вы должны научиться нести ответственность, отказаться от собственных эгоистических желаний.
Если вы продолжите сопротивляться, — пригрозил Каллоссакс, — вы знаете, что я должен делать. Когда вы отвергаете общество, вы удаляете себя из него. Этого нельзя терпеть, потому что тогда вам суждено стать истощением общества, а не его источником. .
Общество имеет право и обязанность защищать себя от личности.
Обычно в это время Каллоссакс поражал субъекта. Иногда сама угроза мучений вселяла в сердце отверженной такой страх, что она делала все, чтобы доказать свое послушание. Но за последние два дня Каллоссакс обнаружил, что эти дети вряд ли вообще подчинятся.
Что мне с тобой делать? — спросил Каллоссакс.
Девушка все еще тряслась, потеряв дар речи от ужаса.
Кто такое общество? — спросила она вдруг, как будто у нее появился план добиться снисхождения.
Общество состоит из всех индивидуумов, составляющих единое целое, — сказал Каллоссакс, цитируя катехизисы, которые должен был изучать ребенок.
Но кто из людей устанавливает правила? она спросила. Кто из них говорит, что я должен умереть, если не буду следовать правилам?
Все, — разумно ответил Каллоссакс. Но он знал, что это неправда.
Девушка уличила его во лжи. В катехизисах говорится, что правильные поступки следуют из правильного мышления. Но молодость и глупость являются препятствиями для правильного мышления. Таким образом, мы должны подчиняться тем, кто мудрее нас. В конечном итоге император, благодаря великому бессмертному змею, живущему внутри него. , мудрее всех.
Обучение вирмлингов заключалось в механическом запоминании катехизисов, а не в обучении навыкам чтения и письма. Вирмлинги обнаружили, что принуждение детей к дословному запоминанию слов хорошо тренирует их ум и со временем приводит к почти безошибочной памяти. Эта девушка собрала воедино несколько катехизисов, чтобы сформировать ядро аргумента. Теперь она задала свой вопрос: Так что, если император самый мудрый, разве не император устанавливает правила, а не коллективная группа?
Некоторые могут так сказать, — признал Каллоссакс.
В катехизисах говорится: Мужчины существуют, чтобы служить империи, — сказала девушка. Но мне кажется, что учение императора побуждает нас служить только ему.
Каллоссакс познал богохульство, когда услышал его. Он ответил в катехизисах: Каждый служит обществу в меру своих способностей, как император, так и наименее крепостной, — рассуждал Каллоссакс. Служа императору, мы служим великому змею, обитающему внутри него, и если мы достойны этого, мы будем вознаграждены. Живите достойно, и однажды змей может вселиться в вас, даруя вам часть своего бессмертия.
Ребенок, казалось, долго думал.
Каллоссакс больше не мог беспокоить ее. Это было напряженное время. На юге шла великая битва, и войска начнут прибывать в любой день. Как только все отчеты будут сделаны, Каллоссаксу будет поручено разобраться с теми, кто не отличился в бою. Ему придется заточить многие из своих ножей для снятия шкур, чтобы можно было отрезать куски плоти у тех, кто не проявил доблести. Из плоти он заплетал кнуты, а затем хлестал по спинам тех, с кого содрал шкуру.
А еще были такие люди, как эта девушка, — люди, каким-то образом обретшие воспоминания о другой жизни и теперь стремившиеся спастись от орды. Мучителям пришлось ставить с них пример.
Каллоссакс сунул руку под воротник и вытащил талисман, на котором был изображен его служебный знак: кроваво-красный кулак. Закон требовал от него показать его перед применением пыток.
Как ты думаешь, какими должны быть твои мучения? — спросил Каллоссакс.
Дрожа почти бесконтрольно, девушка медленно повернула голову и посмотрела на Каллоссакса. Имеет ли человек право защищать себя от общества?
Это был вопрос, который Каллоссакс никогда не задумывался. Это был детский вопрос, не заслуживающий внимания. Нет, — ответил он.
Тогда Каллоссакс обычно избивал бы, возможно, сломал бы несколько костей. Но он подозревал, что это ни к чему хорошему не приведет. Если я причиню тебе достаточно боли, ты будешь слушать своего догматика? Усвоишь ли ты его учение?
Девушка посмотрела вниз змеиным жестом, означающим нет.
Тогда ты не оставляешь мне выбора, — сказал мучитель.
Тогда ему следовало задушить ребенка. Ему следовало сделать это на глазах у остальных, чтобы они воочию увидели наказание за непослушание.
Но почему-то ему хотелось избавить девушку от этого унижения. Пойдем со мной, сказал он. Твоя плоть станет пищей для твоих собратьев.
Каллоссакс наклонился, разблокировал наручники на ноге девушки и вытащил ее из железной перекладины в полу.
Девушка не сопротивлялась. Она не отстранилась и не нанесла ответный удар. Она не пыталась бежать. Вместо этого она собралась с духом и последовала за ней, а Каллоссакс крепко держал ее за запястье.
Я лучше умру, чем буду жить здесь, казалось, говорили ее действия.
Каллоссакс был готов подчиниться.
