Он поднес рог к губам. Это была древняя вещь; от мундштука из черного дерева пахло лаком, кислым элем и гнилыми зубами предыдущего владельца. Он дунул изо всей силы, долгим воющим звуком, от которого рог задрожал под его ладонью.
Его войска начали медленно продвигаться, и внезапно полил дождь, превратившись в серую завесу, заслонившую холмы впереди.
Двигаясь вперед, Ваггит развернул коня, направил атаку на юг и ускорил шаг, мчась вслепую, копыта его лошади взбивали грязь.
Он остался наедине со своими мыслями, и страх подступил к его горлу. Он будет рад, когда этот день закончится, будет рад поехать домой к жене и посидеть возле ревущего огня с дочерью на коленях. Он вызвал сцену, где Фарион, хихикая, пел ей и жарил фундук в масле и морской соли над открытым очагом, в то время как их желтый котенок ползал, пытаясь увидеть, что они задумали.
Так и будет, — подумал он.
Никакой другой альтернативы у него не было.
И слишком скоро они вышли из-под дождя. Впереди лежал каменный забор с высокой живой изгородью, преграждавшей ему путь направо и налево; Дорогу впереди преграждали старые овечьи ворота, сделанные из деревянных столбов. Дальше через сырой лес тянулась одинокая дорога.
Дорогу охраняли солдаты Асгарота. Ваггит видел, как за воротами сгорбились воины Интер-нука в своих шкурах из тюленьих шкур, рогатые шлемы делали их смехотворно похожими на скот, с огромными боевыми топорами наготове. Остальные с натянутыми луками спрятались за каменной оградой справа и слева от ворот.
Уберите их! Ваггит крикнул своим людям. Уберите их!
Держа щит в левой руке и черное копье на сгибе правой руки, он резко кивнул, так что забрало его шлема упало. Он пришпорил своего коня.
Стрелы начали лететь мимо, когда он помчался к воротам. Один из них приблизился к его груди, и только удача позволила ему наклонить щит и поймать его за край, отправив его рикошетом в небо. Другой оторвался от эполета, а третий ударил его скакуна в районе горла, разбив доспех, и сломанное древко полетело ему в ногу.
Ваггит услышал визг лошадей и удивленное кряхтение людей позади себя, когда их поразили стрелы.
Затем его собственные лучники начали стрелять в ответ, посылая град, зачернивший небо.
Впереди некоторые из топоров взревели от гнева, когда в них вонзились стрелы. Ваггит увидел, как один огромный топорщик с золотыми волосами, заплетенными на плечи, вытащил стрелу из живота, встряхнул ее в воздухе, а затем слизнул с нее кровь, как бы насмехаясь над мелочными усилиями нападавшего. В конце концов он перекусил стрелу пополам и выплюнул ее, затем вскинул топор на плечо, с горящими глазами удерживая свой пост.
Этот человек мой, — подумал Ваггит.
Его лошадь мчалась прямо на грозного воина.
Он разрежет моему скакуну брюхо, когда оно попытается перелезть через забор, — подумал Ваггит. Это то, чего он добивается.
Но в руке Уоггита было копье, холодное, мокрое, скользкое под дождем. Он крепко схватил его, пытаясь зафиксировать цель, низко присел на корточки.
Внезапно Ваггит заметил дюжину всадников, грохотавших рядом с ним и позади него. Всадники слева держали щиты в левых руках, а всадники справа прикрывали правую. Таким образом, они ехали сквозь стену щитов, чтобы встретить свою судьбу.
И вдруг лошадь Ваггита прыгнула в воздух, чтобы преодолеть ворота, и его собственное копье было нацелено на голову военачальника.
Военачальник ухмыльнулся, сверкнув окровавленными зубами, и попытался одним быстрым движением уклониться и взмахнуть топором, стремясь выпотрошить прыгающего скакуна Ваггита.
Но Ваггит быстро опустил наконечник копья, ударив военачальника по лицу.
Когда металлическое острие его копья впилось в плоть, пронзило кость и пронзило череп военачальника, Ваггит крикнул: Жуй это!
Затем вес трупа вырвал копье из рук Ваггита, и он оказался над стеной. Его лошадь вылетела на грязную дорогу и поскользнулась.
Стрелы пронеслись над головой, и одна из них попала в шлем Ваггита.
Приближались другие всадники, и Ваггит понял, что их кони затопчут его насмерть, если он не уйдет с дороги.
Ваггит попытался спрыгнуть с седла и вытащить саблю, когда лошадь занесло.
Он ударился о землю и полетел вниз, скользя при падении, слишком поздно осознав, что вражеские войска вытоптали эту часть дороги и обмочились на нее, превратив ее в мутное варево, и все это в попытке замедлить такую атаку.
Он услышал, как другие лошади падали позади него, и у него хватило здравого смысла попытаться уйти с их пути.
Держа щит высоко, Ваггит попытался подпрыгнуть, но обнаружил, что карабкается и ползет по грязи к безопасному буковому дереву. Другая лошадь упала позади Ваггита, подрезала ему ногу и отбросила его назад.
Мечник Ахшовена, в боевых доспехах, серых, как дождь, бросился к Ваггиту, намереваясь нанести смертельный удар, его дыхание затуманивало воздух вокруг его черной бороды, и все, что Ваггит мог сделать, это поднять меч и слабо парировать удары. .
Но внезапно по дороге пронесся всадник, и копье ударило мечника в живот, сбив его с ног.
