Артур и Мария вернулись в кабинет лорда для еще одного быстрого разговора. После перебора подарков был выявлен явный победитель, и звали его Вэйланд.
— Этот рунный кузнец должен быть более знаменит, если он может создавать такие чудеса магической инженерии, но
Дроид-паук стоял в стороне и не выключался. Артур же взял в руки журнал, в котором были записаны все товары, проданные на аукционе семьи Валериан. Как он и ожидал, там не было ни одного объявления с именем Вэйланда в качестве продавца.
— Этот Вэйланд может быть потенциальным активом
— Вы тоже так думаете, Милорд?
— Да, он явно имеет зуб на купцов и дворфий союз, но почему он решил остаться здесь, я не очень понимаю. Должно быть, есть много лучших городов для ремесленника его уровня, он должен быть в состоянии легко найти тот, где примут рунного мастера-человека.
Для Артура это было загадкой, человек просто появился из ниоткуда и решил выступить против такой огромной громадины, как дворфий союз. Не похоже, что он руководствовался исключительно денежными соображениями. Мэри также рассказала ему о ситуации с сиротским приютом, что представило Вэйланда в более выгодном свете.
— Мэри.
— Да, лорд Артур?
— Не могла бы ты привести для меня Фердинанда?
— Конечно, Милорд!
— О, и приготовь карету, я собираюсь совершить поездку в аукционный дом.
Артур принял решение, просмотрев все бумаги, которые были у него в этом особняке, он был готов сделать свой первый шаг. Не похоже было, что ему удастся многого добиться от старых торговцев. Они укоренились в городе, и их связи были обширны.
Но в городе была одна темная лошадка, у которой был потенциал. Это, конечно же, был городской рунный мастер Вэйланд. Из всех присутствующих этот человек обладал наибольшим потенциалом, а его мораль, похоже, совпадала с моралью Артура. Поэтому он принял решение обратиться к нему с оливковой ветвью.
В мастерской Вэйланд вместе со своими двумя помощниками работал не покладая рук. Они снова не спали несколько дней, и Бернир вместе с Даяной проявляли явные признаки истощения.
— Вэйланд, я знаю, что это важно, но я думаю, нам нужно сделать перерыв — воскликнула Дайана, когда покрытый потом, довольно неряшливо выглядящий Бернир опустился на землю. Роланд оглянулся на двух своих измученных помощников, тоже слегка задыхаясь.
С тех пор как стало известно, что приют был продан в срок, он впал в рабочее безумие. Дроида-паука, которого он должен был починить за неделю, он починил за два дня, он даже нарисовал специальное руководство по эксплуатации и специальный пульт к нему.
Он не знал, на что надеялся, поскольку его ожидания по отношению к новому молодому лорду были довольно низкими. Даже если он вызовет его интерес своим големом, он не был уверен, что это ему даст. Заставит ли он инспектора изменить свое мнение о нем? Он не мог видеть, что благородное отродье просто так поможет ему, а подписывать невыгодный контракт ради спасения приюта Элодии ему хотелось меньше всего.
— Ах да, конечно, возьми выходной мы уже опережаем график, с таким количеством мы сможем собрать новую плавильню
Роланд опустил молот на землю, а Дайана смотрела на него с обеспокоенным выражением лица. Как и прежде, Бернира взвалили на плечо и вынесли из раскаленной мастерской. Хотя его навык огнестойкости повысился, он и близко не дотягивал до двух других.
Невозможность что-либо сделать с ситуацией в приюте медленно разъедала его. Не зная Элодии, он попросил Лобелию ввести его в курс дела с помощью контактов гильдии воров.
Оказалось, что торговец, с которым они имели дело, был связан с Альбруком еще до появления подземелья. Дом, который они получили, почти ничего айфри дом не стоил до появления в городе гильдии авантюристов, и это была главная причина, по которой Элодии удалось его заполучить.
В начале расцвета Альбрука все было еще очень дешево. Благодаря этому некоторые из первых жителей смогли заключить выгодные сделки. Правда, это, вероятно, оставило неприятный привкус во рту у некоторых продавцов.
Подписанный договор был одним из самых простых. Пункт о безопасности детей не воспринимался многими всерьез и со временем был забыт. Однако он все еще был там и теперь предлагал этому человеку способ вернуть свой старый дом. Если бы он преуспел в своей затее, то деньги, за которые он мог бы его продать, были бы более чем в десять раз больше тех, за которые его купила Элодия.
Но, с точки зрения Роланда, это, вероятно, не было причиной для того, чтобы идти на такой шаг. Вместо этого он играл в долгую игру. Другие торговцы скупали другие здания или сдавали их в аренду. Приток новых авантюристов все еще продолжался и, несомненно, будет продолжаться еще несколько лет.
Это подземелье было очень удобным для новичков. Благодаря этому авантюрист мог провести здесь много лет, качая свои уровни, прежде чем перейти в подземелье более высокого ранга, если, конечно, он вообще доберется до него.
‘Ублюдок, наверное, хочет разделить его на комнаты и сделать что-то вроде общежития для авантюристов’.