Рунет. Сотворенные кумиры полностью

— Как что! Это научно-медицинский факт. И мне это стало с недавнего времени тяжело. Вы только подумайте! Двести четырнадцать кило! Давят круглые сутки, в особенности по ночам. Я плохо сплю.

Эта констатация возросшей (или просто осознанной) ответственности за содержание своего блога кажется удивительной по нескольким причинам. Во-первых, 30 тысяч подписчиков — это действительно очень много, больше тиражей некоторых столичных журналов и газет; но ведь и 20 тысяч — тоже немало. Почему же «столб воздуха» стал давить на «Другого» именно сейчас? Во-вторых, контент в журнале drugoi далеко не всегда авторский: там много чужих фотографий и подписей, взятых из тех же новостных агентств. Сам drugoi несет ответственность только за их отбор — и это, на первый взгляд, вдвое меньше ответственности, чем у любого другого популярного блогера, кроме, пожалуй, Максима «mrparker» Кононенко. Грубо говоря, «Другого» можно ругать за скучные темы (чего практически не бывает), но нельзя — за плохо снятые кадры, потому что кадры эти в большинстве случаев сделаны не им.

И здесь начинает работать своего рода «фактор блогосферы» или — шире — «фактор интернета». Автор популярного блога, в отличие, скажем, от автора популярного романа, живет в постоянном контакте со своими читателями и погружен в интенсивный поток онлайновой информации. Каждое его слово или действие, вне зависимости от его желания и намерения, становится частью этого потока и возвращается к нему подчас непредсказуемой реакцией других блогеров и комментаторов. Даже отсутствие постов в ЖЖ мультитысячника является знаковым и становится поводом для обсуждения: что случилось, почему не пишет, не замешана ли тут кремлевская или какая другая цензура?

Особенно показательна в этом смысле история вокруг поста с фотографией президента Дмитрия Медведева на фоне египетской пирамиды. Этот пост в журнале drugoi назывался «Разделяй и властвуй» и был написан вскоре после того, как премьер-министр Владимир Путин приехал с инспекцией в один из магазинов сети «Седьмой континент» и посетовал, что свинина там стоит слишком дорого — мол, продавцы накручивают цены. Подпись к фотографии с Медведевым гласила: «24.06.2009, Египет | В то время, когда злой следователь проверял цены на свинину в московских супермаркетах, добрый инспектировал египетские пирамиды — все ли на месте».

На следующий день в шапке этого поста появилось сообщение: «Этот журнал только для чтения. В нем не может быть новых записей и комментариев». Целые сутки блогосфера и даже некоторые новостные интернет-сайты обсуждали, кто и за что закрыл «Другого». Звучали самые разные версии, но самая популярная сводилась к тому, что drugoi стал жертвой политической цензуры, и руки этой цензуры растут непосредственно из Кремля.

Как выяснилось еще через день, журнал «Другого» автоматически заморозила Abuse Team «Живого журнала», откликнувшись на запрос от агентства Associated Press, которому принадлежала опубликованная в блоге фотография. Сотрудница агентства, которой прислали ссылку на пост, не знала, что у Рустема Адагамова есть договор и подписка на фотоленту АР, и написала жалобу в Abuse Team. «Вторую половину сегодняшнего дня я провел, отвечая на вопросы сотрудников различных телеканалов, онлайн-изданий и газет, — пишет drugoi после «разморозки» своего журнала. — Всех интересовало, что случилось с блогом, нет ли здесь какой-либо политической подоплеки и не стал ли я жертвой цензуры? Жертвой я не стал, подоплеки никакой нет, а есть только досадное недоразумение, которое общими усилиями мы исправили».