Я поехал, поработал там сначала сам. Потом приехали Татьяна[95] с Алинкой. Через год мы вернулись в Москву, потому что, когда я из Москвы уехал, тут так все стало классно! Девяносто третий, четвертый, пятый год — тут прямо все было супер, денег навалом, работа интересная. Я работал тут с ресторанами и ночными клубами, когда они только-только начинались. Нас было четверо: я, Антон Табаков, Андрей Деллос и Илья Порошин. Мы тогда сделали клуб «Пилот», клуб «Сохо». Было супер вообще, так здорово! Приехал Nazareth, я делал им рекламу. Первый раз они сюда приехали — мы сделали им концерт в «Пилоте» для своих. Нет, было очень здорово. Замечательное совершенно время.
И вот на таком подъеме я решил улучшить свои навыки профессиональные — поехать поработать в другую страну. И получилось, что год я проработал в Норвегии, и как-то мне показалось скучновато после такой Москвы. И мы вернулись, приехали сюда летом 98-го года, в день, когда вечером был ураган[96], а через месяц случился дефолт.
И все, товарный рынок упал, я не знал, что делать. И вернулся опять в Норвегию. После этого я уже начал там вставать на ноги — и все, что хотел, я там сделал. В 2005-м Алинка закончила университет, она уже там выходила замуж. Мы оставили им свою квартиру, мебель и решили приехать сюда — на три года, потому что очень скучали. Я там так скучал, что у меня был момент, когда я стал, например, слушать группу «Любэ». Ездил в машине — а у меня там был диск, я уже не помню, какие песни.
Поэтому, когда мне пишут: «Drugoi — русофоб», это такая фигня! Потому что это же моя страна, это все мое. Может, я стал взрослее, я не могу сейчас вот так говорить — мол, мы встаем с колен и все супер, — потому что я вижу, что это никакой не супер. Однако же вот, я сюда приехал, и пока я здесь. У меня планов, так сказать, «уезда» нет. Они так, иногда появляются, но как-то исчезают почти сразу.
Drugoi о другом«SirlKnight [04.09 15:52]: если вас спрашивают, кем вы работаете, что вы отвечаете?
Drugoi: В зависимости от ситуации и человека, который спрашивает об этом. Фотожурналист, блогер, пишувЖЖ — как-то так.
(Из интервью Рустема Адагамова на Ленте. ру)
— Вообще говоря, почему drugoi?
— Ну, это мое внутреннее состояние. Я везде какой-то чужой. У меня есть один человек, через которого я общаюсь с окружающим миром, — моя жена. А так, в принципе, у меня нет — практически нет — друзей. Есть много знакомых, есть приятели, с которыми можно пойти в кафе, поиграть в футбол. У меня нет друзей, и их никогда не было. Так получалось, что я, например, жил в одном месте, а учился в другом. В школе есть один круг, там, где живешь, есть другой круг — а ты между ними где-то повисаешь. Ну, я так себя чувствую. Я и сейчас, в принципе, приехал домой в Москву, потому что соскучился по Москве, но получается, что я так сюда и не вернулся. Я как-то повис — то есть я не там, не здесь, где-то я вишу. Какую-то ерунду я уже начинаю говорить, — смущается Адагамов, но продолжает: — Нет, ну это так, это правда: я где-то повис. Мне не нравится, что происходит здесь сейчас. Я не могу жить в Норвегии, потому что там я уже все сделал, мне там скучно. Там очень хорошие люди, очень хорошая страна, там можно жить на пенсии. Я вот когда стану старым, туда уеду. А сейчас как-то я так вот повис. Если вы меня понимаете, конечно.
— Ну, да.
— Мне не нравится, что здесь сейчас происходит. Я начинаю узнавать какие-то вещи — и мне тяжело, неприятно.
— Вы имеете в виду то, что происходит в стране в целом?
— Да. Я совершенно не ожидал, что этот откат назад будет происходить так стремительно, что с такой охотой люди будут опять хотеть — глупо так говорить, но — вот этой вот «сильной руки». Это, в общем, банальные слова, но совершенно поразительно, как у нас опять на фоне так называемого вставания с колен происходят какие-то совершенно ужасные вещи. Меня очень часто называют русофобом, но у нас всегда интеллигенция была против власти — это было ее кредо еще со времен Чернышевского. Я считаю, что, когда человек говорит о том, что у нас плохо, — это не значит, что он не любит страну. Я сюда вернулся, потому что это мой город. А получается, что, если тебе что-то не нравится, ты дурак. Осознавать это ужасно. «Ты враг, уезжай». «А, тебе не нравится? Уезжай». Какая-то дикость совершенная.
