- Праведников, - с фанатичным блеском в глазах повторил Гариан. – Тех, кто готов, не колеблясь, отдать жизнь за Божье дело. Кто не боится ни боли, ни страдания, ни муки, но ищет их с рвением и претерпевает с радостью. Мы, святое братство, веками служим империи, не считаясь ни с какими жертвами. Нам даны откровения, которых вы, люди мира, не знаете. В том ваше счастье, ибо великая боль в каждом слове этих откровений. Господь наш скорбит, видя наполнившее наши земли нечестие, и призывает нас сразиться и отдать жизни за торжество истины. И если кто сомневается в решимости святого братства раз и навсегда одолеть скверну, то я говорю вам, сомневающиеся – мы сразим зло. Ни смерть, ни муки не пугают нас, ибо за нами Господь, и с его помощью мы одолеем любое телесное страдание, и даже найдем в нем радость. Есть лишь одна мука, которой я не могу осилить – это боль за тех, кто ныне остался там, на землях зачумленных и каждый час молит Господа о помощи и сострадании. Говорят пророчества:
С этими словами Гариан сбросил плащ и рванул балахон из темной бязи, надетый на голое тело, обнажив спину и плечи, исхлестанные плетью. А потом оглядел членом Совета, и никто не мог выдержать его взгляд, опускал глаза. Даже Марий Ателла перестал улыбаться.
- Вот раны, которые я наношу себе, чтобы не забыть о своем долге, - добавил Гариан, - и они ничто в сравнении с ранами, что усыпали сердце мое! Я жду вашего решения, сильные мира сего, каким бы оно ни было.
Подбежавший послушник набросил на истерзанные, покрытые засохшей кровью плечи верховного инквизитора плащ, и Гариан вернулся к остальным собратьям. Артон понял, что пришло время говорить.
- Серые братья сказали свое слово, - произнес он, встав с трона, - и оно услышано. Нас впечатлили красноречие и искренность отца Гариана. То, что происходит в Кревелоге и Йоре, пугает нас не меньше иерархов Братства. Долг императора – защитить подданных от врага, естественного или сверхъестественного. Поэтому мы говорим совету – если совет решит, мы готовы лично возглавить войско для блага страны и во исполнение Божьей воли.
- Ваше величество, но разве наместник императора в войске не представляет личность самого императора? – возразил Матео Дарнис. – Любой из нас будет счастлив и горд взять на себя такую почетную обязанность.
- Наш великий дед Веларий Второй сам водил войско, лорд Дарнис, - сказал император с улыбкой. – Он покрыл свое имя такой славой, что враги не раз бежали, узнав о приближении императорского войска. Почему мы не можем повторить деяния нашего славного деда?
- Веларий Второй воевал с людьми, - вставил Ателла, - а вы, государь, будете воевать с призраками.
- Воевать будем мы! – крикнул Гариан, да так громко, что многие из придворных вздрогнули, - Честь же победы достанется его величеству, ибо он возглавит поход. Тайные пророчества указывают на него, как на истинного Спасителя. Он должен быть в войске, чтобы людская молва приписала ему честь победы над злом, обрушившимся на империю.
- С чего вы взяли что наш государь и есть Спаситель, о котором вы все время нам говорите? – поморщился Ателла.
- Имеющий глаза да увидит, - ответил Гариан. – Вот он, перед вами, текст древних пророчеств, которые повествуют о событиях нашего времени. Сказано в них: «
- Отец Гариан не сказал самого главного, - Маций Роллин встал со своего места. – По его плану императору предстоит отправиться на север Йора, в какое-то древнее капище местных язычников, и уничтожить его.
- Все верно, - инквизитор кивнул. – В последний оплот сил Зла на этой земле. Император должен своей пятой растоптать змею, и тогда все будет кончено.
