- Том, ты не представляешь, как я себя накрутила. Это же сумасшедший дом какой-то. В голове все казалось таким мрачным, таким нерешаемым. Хотелось просто уснуть и не проснуться, – качаю головой, будто не веря, насколько пошатнули мои психику последние четыре года. – Но сегодня я начала говорить. Я облекала все, что у меня творится на душе, в слова, и ко мне пришло осознание, насколько сильно я запуталась. Я, как сломанная кукла, думала, что себя уже не починить, но это не так. Я хочу жить! Нормально жить, хорошо! Любить, не боясь, что мне вонзят нож в спину, доверять окружающим, верить в себя и в то, что я делаю, заниматься тем, что я люблю, пробовать что-то новое, увидеть что-то за пределами своей клетки, вырваться из этого замкнутого круга. Мне все не хватало смелости. Я спряталась в пабе в компании Трэва, потому что там было тепло и уютно. Там бы никто меня не обидел. Я всерьез задумывалась над тем, что прожить такую жизнь – не такой уж и плохой вариант. Но ты! Ты, Том... – я сжимаю его пальцы сильнее и поднимаю глаза.
– Ты, как глоток свежего воздуха в моей жизни. Когда мы познакомились, я просто еще была не готова. Я настолько отвыкла от чьей-то заботы, от искренности, что мне понадобился месяц, чтобы наконец-то признаться самой себе, что я тебя люблю. Я все пыталась спустить себя с небес на землю, каждый раз напоминая себе, что это не кино, что это реальная жизнь, здесь не бывает все так хорошо, что это не сон. И когда я все-таки поверила... – пытаюсь отогнать картинки лежащего на полу бармена. – Прости, что я тебя оттолкнула. Что я так себя вела. Я думала, так будет лучше. Но я ошибалась. Одной мне не справиться. Ты показал мне абсолютно другой мир, помог почувствовать то, что я думала уже никогда не почувствую. И я не хочу тебя терять. Я хочу быть счастливой, и сделать счастливым тебя, – голос немного дрожит, потому что я впервые в жизни говорю о своих чувствах мужчине. Не просто признание в любви, а все, что я чувствую. Я боюсь напугать его такой переменой настроения, но ходить на цыпочках и беречь чувства каждого у меня больше нет сил. Я такая какая есть. И если это его спугнет, то я должна узнать об этом сейчас. Собираюсь с духом и заканчиваю свою мысль:
- Если то, что ты говорил – правда...что ты тоже меня любишь, то... может мы справимся с этим вместе?
Секунды его молчания тянутся вечность. Томас Стэнли Холланд смотрит на меня словно увидел впервые в жизни. Карие глаза исследуют мое лицо, пытаясь отыскать... даже не знаю, что... доказательства того, что я говорю серьезно? Морщина, которая залегла несколько дней назад между его бровей постепенно разглаживается. Я вижу, как один уголок его губ медленно ползет вверх, но не даю себе возможности расслабиться. Это еще не ответ. Моя ладонь в его уже давно вспотела от волнения, и когда он отнимает от меня руки, сердце останавливается. Однако оно восстанавливает свой ход, когда его ладонь тянется к моей щеке. Его палец скользит по скуле, останавливаясь на губах, контур которых он обводит нежным касанием.
- Я не бросаюсь просто так такими словами, – наконец произносит он, встречаясь со мной своим внимательным взглядом.
– Вместе... – пробует на вкус это слово, и взгляд его немножко рассеивается, но затем вновь становится серьезным. – Ты понимаешь, что такое вместе, Мэри? – я слабо киваю, упираясь подбородком в его ладонь, а он продолжает:
- Больше никаких «я сама», «мне нужно сделать это одной» и т.д. Больше нельзя убегать, молчать, додумывать. Понимаешь?
- Да, – киваю, как китайский болванчик, подтверждая каждое слово. Я сама больше этого не хочу. Я устала бегать.
