Тени вокруг него мгновенно принялись сгущаться, но в этот миг я надавил на кристалл маны сильнее, и он дал глубокую трещину. В тот же момент я устремил к своему «пациенту» остальные руки механизма и принялся пронзать его иглами и скальпелями, удерживать его щипцами и фиксаторами, а циркулярные пилы я устремил к ране на груди. С повреждённым кристаллом маны и дестабилизированной энергией в теле Куро так и не смог применить своё заклинание и принялся вырываться из хватки моих инструментов грубой силой. Но затем пилы вонзились в плоть, разре́зали рёбра и начали погружаться в грудную клетку. Я вывернул под углом воткнутый в кристалл скальпель, а затем резко дёрнул его вверх.
Когда массивный кристалл вырвался из груди убийцы, я тут же ощутил слабые болевые ощущения, которые начало испытывать моё настоящее тело. Теневые сгустки в ране Куро вздрогнули, а затем растворились, и из сосудов брызнула кровь. Однако затем я ощутил едва различимую вспышку другой силы, полагающейся не на ману, а на божественную энергию от параметра ересь. Куро всё же сумел слиться с окружающими его тенями и погрузиться в них.
Я резко оттянул скальпель с кристаллом маны на острие в сторону своего настоящего тела, а затем оборвал связь между собой и механизмом. Едва разлепив веки, я тут же оглянулся по сторонам.
Куро материализовался возле своего лежащего на полу плаща, внутри которого скрывались оружейные карты его осквернённых божественных орудий. Придерживая ладонями обе свои страшные раны, он изумлённо уставился на меня.
— Что ты?.. — прохрипел он. — Что ты со мной сделал⁈ Почему я не могу?..
Куро осёкся, когда я взял его кристалл маны в руку и принялся поглощать из него энергию. Тогда убийца опустил взгляд на свою грудь и наконец-таки полностью осознал, что произошло. Лишившись кристалла, он потерял и всю имевшуюся у него магическую энергию, а также контроль над оставшейся в теле маной.
— Ты!.. — свирепо произнёс Куро. — Ты хоть понимаешь, что ты наделал⁈ Да я же тебя на куски порву!
— Возможно, — сказал я, легко усмехнувшись. — Но без маны сделать это будет не так-то просто.
— ИДИОТ!!! — проревел убийца. — У МЕНЯ ЕЩЁ ЕСТЬ БОЖЕСТВЕННАЯ ЭНЕРГИЯ! Я ПРИКОНЧУ ТЕБЯ!
— И много её у тебя? Ты ведь сам мне хвастался тем, что никогда не присягал ни одному из богов и что ты не преобразовывал параметр «вера» в «ересь». Если даже предположить, что ты повысил его другими образами, вряд ли итоговое значение будет соизмеримо с мудростью. Сколько стоит энергии требует твоё самовоскрешение? Пятьсот? Тогда, полагаю, ты бы его уже применил. Тысячу? Нет? Ещё больше?
Пускай адреналин и ударил мне в голову, пускай сердце истошно колотилось, а боль постепенно охватывала всё моё тело, я всё же себе позволил себе немного злорадства. Я смотрел на то, как Куро, убеждённый до этого момента в том, что держит абсолютно всё под своим контролем, сейчас преисполняется ярости, но в то же время погружается в панику. От этого зрелища я испытывал искреннее наслаждение. Я смотрел на Куро и вспоминал тех, чьи судьбы разрушил этот человек и его подчинённые. Пакаль, Косой, Фредерик, Тамамо, Сапфир, Айнер, Людвиг, Шершень, Малахит, Мальшторм… Этому списку больше не суждено продлиться.
Дрожа от злости, лучший из убийц процедил мне всего три слова:
— Я. Тебя. Прикончу.
Кристалл маны Куро рассыпался в моей ладони, едва не доведя мою энергию до максимума. Активируя боевую форму, я вскинул руку в сторону моего противника и применил удар молнии.
Несмотря на страшные раны и потерю всего резерва маны, Куро всё ещё двигался поразительно быстро. Он успел отскочить в сторону, налету подхватив свой плащ, и моё заклинание ударило в каменную стену. Вспышка озарила комнату ослепительно ярким светом, а Куро тут же материализовал в руках кинжалы, отбросил плащ в сторону и устремился ко мне. Однако я вовремя разделил пространство между нами широкой стеной огня.
Стена огня не только не позволяла Куро до меня добежать, она также мешала ему применять множество теневых способностей, разгоняя окружающий нас мрак. Тогда убийца отступил и, перехватив один из кинжалов в зубы, принялся тратить оставшуюся у него божественную энергию на исцеление своих ран. Его кровотечение окончательно остановилось, однако я не мог позволить моему противнику излечивать себя и дальше. Я вновь вскинул руку и распространил стену огня до противоположной стены помещения.
Вопль Куро разнёсся по всей лечебнице; каким бы развитым ни было его сопротивление огню или другое имеющееся у него сопротивление моей магии, оно явно было не сильнее, чем у большинства высокоуровневых гоплитов. Ради своего выживания воины Фермопил выучились противостоять самому солнцу, в то время как Куро всегда прятался в тенях. Что ж, теперь поблизости теней не было вовсе.
