Богатыри переглянулись и вышли на поляну, перед ведьмаком, не прячась. Колдун разлепил очи, продолжая сидеть на камне. Его мутные глаза светили не земным светом. Никита выступил вперед и грозно молвил, обращаясь к нечистой силе:
- Ты, Харсин, предатель бога Огня нашего?
Темный чародей поерзал на камне, по-стариковски прокашлялся и произнес:
- Да, я Харсин, наделенный силой моего владыки, я хранитель ценностей мирских. А ваш бог дал силу, которая сильнее моей, - злорадно ухмыльнулся колдун.
- У нас есть сила против тебя, - отвечал грозно Никита, потрясая копьем. - Если ты, отдашь добровольно, то, что тебе не принадлежит, я обещаю, сохранить твою жалкую жизнь.
- Ха-ха-ха, - загремел колдун, - он мне сулит сберечь жизнь.
- Ха-ха-ха, - издевался Харсин. - Да я тут сам распоряжаюсь жизнью и смертью. И не только здесь, где я не появлюсь, я везде могу повелевать смертными. Когда-то я служил вашему богу, проводя бестолковые ритуалы с огнем, и что получил взамен, ничего, только белую рясу с золотым шнурком да несколько монет, а здесь у меня все, я повелитель.
Темный жрец поднялся на ноги и вытащил из шатра упиравшегося упыря.
- Вот смотри, - прошипел колдун.
Схватив нежить за шею одной рукой, другую он воткнул ему под ребра и рывком вырвал его гнилое, бьющееся сердце. Упырь замычал и безжизненно повис на руках колдуна. Затем Харсин ловким движением вернул сердце обратно, вурдалак открыл глаза и, развернулся к богатырям. Через дыру в теле витязи видели, как сердце снова билось, в груди нежити.
Никита видя все это, не выдержал и грозно заявил:
- Ты, нам зубы не заговаривай, отдавай руну, верни книгу, собака!
И воевода шагнул еще ближе, угрожающе наклонив копье.
- Не получите ничего, - прохрипел чародей сердито.
И прошептав заклинание, хлопнул в ладоши. И тут из-под земли полезли, нечисти всякие и принялись окружать богатырей.
- Ну, Алешка, не поминай лихом, руби, кромсай гадов, - крикнул Никита, и кинулся на приближающихся упырей.
Нечисть шла плотной толпой, светя желтыми глазами и выставив перед собой руки. Издавая пронзительный рев, от которого холодела кожа, они двигались на богатырей. Никита бросился на ближайших и проткнул копьем сразу двоих. Упыри упали на спину, но продолжали ворочаться. Воевода развернулся, сделал круговое движение щитом и вломился в толпу, выставив оружие. Полумертвые тела полетели в разные стороны, разбросав то тут, то там, головы, руки, туловища.
Алеша не стоял в стороне, он орудовал топором, налево и направо, разбивая самых ближних, разбрызгивая гнилые мозги нежити, во все стороны.
Уменьшив количество наступающих, Никита кинулся в шатер за колдуном, куда тот шмыгнул, воспользовавшись случаем. Харсин встречал воеводу, готовый к сражению.
- Не победить тебе, воевода, меня, лучше уходи, пока цел, - произнес он, хитро щурясь.
- Не бывать этому, - ответил в ярости Никита, - зло должно быть искоренено, - и бросился на чернокнижника, выхватив меч.
В один момент Харсин создал вокруг себя защитную ауру, и стал пятится назад, кидая в Никиту молниями. Ошеломленный воевода все равно наступал, прикрывшись волшебным щитом с рунами. Никита наносил мечом удар за ударом, но оружие постоянно натыкалось на защиту и отбрасывалось назад. Воевода уже разозлился совсем и прыгнул на колдуна всем мощью и сокрушил его щитом. Харсин упал на пол, на миг потерявшись в пространстве и ослабил защиту. И Никита, успел вовремя воткнуть в него меч и вспороть никчемное брюхо.
Поток темной энергии отбросил богатыря, и когда он поднялся на ноги, из живота колдуна продолжала бить темная сила и уходить его негодная жизнь. Он на глазах стал сморщиваться и уменьшаться, пока вообще не исчез, оставив после себя только кучку тряпья.
Никита выскочил на улицу и увидел, что колдовство пропало. Упыри лежали на земле, быстро истлевая сине-зеленым пламенем, превращаясь в прах. Алеша стоял невредимый, с топором в руках и улыбался воеводе:
- Как мы их, Никита Иванович, здорово мы им дали прикурить?
- Погоди Алешка, зубы скалить, это еще может не все, - предостерегал воевода, осматриваясь с мечом в руках.
Богатыри вошли в шатер и занялись поисками руны, заглядывая в сундуки и перерывая все верх дном. Вытрясли стол, стоявший здесь же, проверили все мешки, но камня нигде не было.
- Где же этот супостат, его спрятал? - сокрушался Никита.
Алеша вернулся на улицу и взялся обходить шатер, и опять обратил внимание на огромный череп, светивший зловещим светом. У Алеши побежали мурашки по коже, но взяв себя в руки, он приблизился к костяной голове. Высотой череп, был примерно в рост человека. Алеша собравшись с духом, заглянул в огромную глазницу монстра и просиял:
- Никита Иванович, идите сюда, скорее, - прокричал Алеша.
Воевода вылетел из шатра с мечом наизготовку, думая, что с племянником приключилась неприятность, но Алеша звал его к странной голове и просил заглянуть туда. Никита подойдя, посмотрел в глазницу, а там в самом центре, покоилась руна и светила мертвенно-синим светом, просвечивая череп насквозь, создавая это зловещее сияние из страшных зениц.
