- Мы с Сан Санычем встретились по дороге, случайно. Набрели одновременно на один очень интересный камень: надгробную плиту с выбитым на ней крестом. Она, по-видимому, раньше вертикально стояла, а потом - упала. Лежит посреди хоженой тропы надгробный камень, и никто его не замечает. На этом камне крест равносторонний выбит. И какая-то надпись. Но её прочесть невозможно.
- Чайку будете? - предложил Николай.
- Не откажемся, - улыбнулся Сан Саныч. - А потом мы решили на здешнюю лагуну прогуляться, уж больно тут места красивые. Так я ещё километра за три от вас, на подходе, сказал, что энергетика места изменилась. Вдруг почувствовал это.
- Вот это да! Это, дать, Никола своей Мандалой кашу заварил. А мы, видимо, привыкли к ней уже, да не замечаем. Да, Никола, к тебе уже экскурсанты начали приходить! Пора гидом становиться. И табличку повесить: начало просмотра - здесь! - хихикнул дядя Юра.
- Неужели, действительно на таком аж расстоянии наша Мандала почувствовалась? - удивился Николай.
- Я хорошо знаю здешние места. Не первый год приезжаю. Здешняя земля много хранит разных напластований эпох и народов, - сказал Сан Саныч. - Например, многие думают, что если здесь повсюду холмики встречаются, так это местность такая: холмистая. А это - могильники кругом. Здесь везде, сплошь, захоронения. И места эти таинственные. Разрушений, конечно, много здесь было - и это не только наследие второй мировой. Еще и раньше здесь стали разрушать дольмены: просто, чтобы камень использовать в строительстве. А со второй мировой тут масса железяк валяется: каски, гильзы, патроны... Но, в общем-то, места эти - давно были окультурены, здесь раньше сплошь сады были: потому и растут везде дикие яблони, груши, алыча... Это я всё к тому веду, что сегодня я шёл по лесу, и вдруг почувствовал нечто странное, чего никогда не чувствовал даже в этих, весьма странных, местах: будто здесь, откуда ни возьмись, образовался островок совершенно нетронутого, первозданного леса. В котором властвуют духи, стихии, природные стихиали... С нимфами, козлоногими фавнами, живой и мертвой водой. И у этого природного места есть своя собственная сила и своя энергия. И, между прочим, оно растёт, увеличивается...
- Н-да... Что-то подобное я тоже чувствую. Только, быть может, дело вовсе не в Мандале, - озадаченно проговорил Николай.
- Ну, а как, дать, нынче обстоят дела на большой Поляне? Там как с энергополем? - поинтересовался дядя Юра.
- Приходите, сами увидите, - уклончиво ответил Андрей. - Если интересуетесь.
- Ну я, быть может, как-нибудь и загляну. А для Николая путь туда отрезан. Его ещё в прошлом году вышибли оттуда. Сказали, чтобы он в Магниты больше даже и носу не казал. Попал наш Никола в самый чёрный список, - хихикнул дядя Юра.
- Да, было дело, - поведал, улыбнувшись, Николай. - Только я, в отличие от многих, кого тоже выставили - не уехал, а сюда переметнулся. А Магниты тогда не на большой Поляне крутили, а здесь, неподалёку.
- И давно это ты в Магнитах? Лицо твоё мне вроде знакомо, - спросил Сан Саныч.
- Вообще-то, я сюда три года назад попал. Случайно. Я, почитай, что местный, из соседнего посёлка. Ехали мы на грузовичке с друзьями к кому-то из здешних в гости: не помню, к Митяю, кажется. По дороге вышли, к лагуне сходить, искупаться. И заметили на Грушевой поляне странное сборище. Люди кружком стоят, и лица у всех - благостные. Мантру какую-то поют. Наши издали им что-то проорали, руками помахали... А в поселке мне стало скучно. Свои вопросы, какие хотел, я решил. А на пьянку-гулянку, какую они затеяли, оставаться не стал. Пойду, думаю, назад пешком. Сам, один. По лесу. К раннему утру, глядишь, и домой добреду. Семь вёрст - для бешеной собаки не крюк. И двинул. Так вышло, что некоторые из эзотериков тоже по грунтовке тогда шли. В эти места направлялись. Молока в посёлке купили козьего - и назад. Ну, я с ними по пути и разговорился. Меня к костерку пригласили и поначалу очень хорошо приняли. Ну, я там и застрял...
Потом наезжать стал сюда часто, с палаткой. Посвящение мне на дольмене дали. Канал открыли. Люди, правда, другие тогда были, в основном - не те, что сейчас. В прошлом году я тоже сюда подался. И вдруг у меня неожиданно работа сильная покатила, энергии пошли, стал я людей лечить. Просто чувствую, что нужно делать, как энергии эти направить. То с одним пошло, то с другим. Ну, я и рад безумно. А народ почувствовал - действует. И ломанулись ко мне толпой. И тут меня Евграфий просто взял и выпер. Просто так, без объяснений, за что. Уходи, мол, и всё. Информация по каналу пришла, мол, что ты - чёрный. Людей смущаешь, мешаешь работать. Потом я узнал, что за глаза, кроме того, получил титул сильного адепта зла из Атлантиды, - Николай рассмеялся.
- Ну а ты, дать, не сильно расстроился? - подначивал дядя Юра.
