"Что это было?" - спросил он сам себя. Никогда он не был видящим. И теперь знал, что и не хотел бы быть... Но также, Гера знал и то, что после этой ночи больше никогда не будет прежним.
- Мы - не тело... Мы - пламя. Мы - память.
Мы проходим сквозь огонь.
Мы проходим сквозь годы, сквозь жизни, сквозь миры.
Мы у вас на глазах уходим в вечность.
Мы не возвращаемся никогда.
Мы вбираем пламя внутрь себя - и становимся пламенем.
Мы пройдем сквозь огонь, сквозь пламя.
Мы пройдем сквозь вас.
Но вы не заметите этого,
Как вы не замечаете ничего,
Что не укладывается в ваши схемы.
Вы забудете всё, - громким речитативом, в полной тишине, сказал Гера.
Затем он медленно приблизился к костру - и вошел в пламя.
- Отче наш, иже еси на небесех, - начал Володя. Молитву подхватил Сан Саныч и немногие другие.
- Смотрите! - воскликнул кто-то, когда закончил молитву Володя, - Крест стал звездой!
И действительно. Над камнем, где раньше многими виделся кроваво-красный светящийся крест, теперь сияла голубая звезда. С неба на неё изливался белый столб света, очищавший и омывающий всё в округе.
Андрей остановился вместе с Настей, протанцевав с ней за пределы внешнего круга Магнита.
К Насте бежала её мама, обливаясь слезами.
Андрей отошел в сторону. Потом медленно побродил вокруг, отыскал и поднял с травы свой посох. Глядя на струящийся столб света, перекрестился и прошептал:
- Спасибо, Николай, хранитель потока! Ты - молодец! Вовремя направил свой луч мне на подмогу...
Он последний раз взглянул на Настю, которая опустилась на траву от слабости. Рядом с ней присела Галина Константиновна и обняла её. Настя больше не была бледно-восковой. Обычная девушка... Он оттанцевал её...
Кинув последний взгляд на камень и костер, Андрей зашагал в сторону леса. Ему крайне срочно и очень необходимо было побыть одному. И он ушел один, под исцеляющий полог леса.
Пока Наталья и Сергей возвращались к стоянке, внезапно стемнело. Будто они резко перешли в другое пространственно-временное измерение. Конечно, в лесу, в низине, с обеих сторон от которой начинались крутым подъёмом горы, всегда темнее, чем у реки, на открытом пространстве. И всё же...
У костра сидел дядя Юра и доваривал кашу, сооружая для неё весьма хитрую поджарку из корений, грибов и овощей. На лавочке, боком к костру, возлежал Николай.
- А, вот и ребятки пришли! Подсаживайтесь скорей к костру! Сейчас, дать, и ужин будет готов! Как работа? Идёт? - спросил Юра.
- Не знаю. Идёт, наверное, - ответил Сергей растерянно. - Может, у меня сейчас какая-то личная отработка происходит. Или по какой другой причине разные события мне показывают, из мировой истории. То в Египет древний заносит, то - в крестовый поход. А последнее время - фашистская Германия пошла... Вторая мировая.
- А сейчас, дать, можешь туда? - спросил дядя Юра.
- Не знаю... Хотите - попробую, - Сергей закрыл глаза. Все остальные тоже сосредоточились и молчали, уставившись в костер. Через некоторое время он сказал тихо:
- Вижу парад... На площади. Знамёна. Толпы людей. Я - в стороне, среди наблюдающих. Маршируют фашисты.
- Это - последняя твоя отработка этой темы. Не зависай там. Возвращайся! И - отбрасывай тему прочь. Обдумай событие с точки зрения плюс: какой опыт можно вынести. И отпусти всё. Понял? - посоветовал дядя Юра.
- Я, когда со мной подобное происходило, некоторые негативные эпизоды в позитив перерабатывал... Как оно могло бы быть иначе. Ты знаешь, помогает, - сказал Николай.
Сергей открыл глаза и чуть слышно произнёс:
- Чувствую, что, действительно, эти картины уже уходят. Больше меня с ними ничего не связывает... А знаете, кого я в этот раз неожиданно там увидел? Парня с Поляны, Володю. Он там был, на площади... Во время фашистского марша. Совсем мальчишка, в толпе. И мы узнали друг друга.
Все надолго замолчали. В лесу стало совсем тихо. Казалось, было слышно каждый, даже малейший, шорох.
- А ты, Наталья? С тобой что происходит? Что, дать, тебе показывают? - спросил, нарушив тишину, Николай.
- Так... Отдельные образы, видения... Никаких знаков, голосов, путешествий во времени - ничего такого. Да я просто совсем не контактёр. Даже не представляю, как это: вспомнить что-то из другой жизни, - смутилась Наталья. - А образы, которые посещают, ко мне лично не имеют никакого отношения, они очень странные...
- Ты, дать, не унижай, не уничижай себя. Контактер - не контактер... Мы не на большой Поляне, где одни маститые контактёры, дать, собрались... Мы - люди простые. Не идёт образов, прошлых воплощений, или чего-то, что можно за них принять - и ладно. Значит, быть может, что всё уже давно отболело и прошло, уже заплачено по кармическим долгам, или - дана тебе передышка. Зато, тебе идут самые глубинные образы, из самой Души Мира, как говорят. Они - те, что почти невыразимы словами... Мировое древо, например. Это ведь - совсем и не древо... Сама знаешь. Думаю, тебе идут образы, быть может, нашего будущего. Или - очень далекого прошлого...
- Да... Был образ древа... Как вы догадались? - удивилась Наталья.
