— А еще известно, что Юпитер когда-нибудь станет звездой. И нам, землянам, уже сейчас надо готовиться к этому, поскольку судьбы Юритера и Земли тесно связаны. Нужно выходить на межгалактический уровень, соединяться с галактическим лучом и запрашивать помощь. Если мы сейчас сделаем скачок и перейдем в шестую расу, то ко времени становления звездой Юпитера землю будут населять высокодуховные сущности, и Земля следом за Юпитером тоже станет звездой.
Возратившись к первому из костров, Арей услышал голос матушки Марии, которая теперь захватила там внимание:
— Нет, мой милый! — увещевала она сникшего и потухшего Володю, — сколько тебе говорить можно: пора взрослеть! Я говорю: добро и зло — это наши, человеческие понятия, а не божеские. Нет для высших сил ни добра, ни зла. Всё идет по одному, божественному плану. А наши все сомнения, брюзжания — проистекают от нашего несовершенства.
— А как же войны, бедствия, вымирание русских в России? Разве это не есть зло? — спросил Володя.
— А это, мой дорогой, отбор ведется. Забирают людей. А война просто необходима для планомерного развития планеты, чтобы, значит, кровь не застаивалась. А ты должен ещё многое понять и вместить: Блаватскую, Рериха, Клизовского… Впрочем, у Блаватской — есть всё, но только неподготовленному уму воспринять трудно её. А сейчас ещё и новые учения возникают. Самое замечательное — «Радостия» называется. Там всё научно. Её основатель — Марченко. Проводится важная работа, семинары — «радасты», на которых каждый получает новое имя и новый штурвал. Сама Марченко — это не человек, а луч, посланный на Землю для того, чтобы человечество вновь получило древние знания. Я сама обязательно поеду к ней на семинар, — просияла матушка Мария.
— Матушка Мария, а зачем вам новый штурвал? — наивным голосом спросил Володя.
— Это всё — не просто так. При получении штурвала перед человеком открывается новый, штурвальный мир. Это так замечательно!
— Извините за нескромный вопрос, но у вас — что, есть деньги — по радастам ездить, это же — наверняка не бесплатно? Просто… Вот у меня — их никогда не бывает, — поделился Володя.
— Ну, это и есть показатель твоего духовного роста, твоей энергии. Если человеку дано, то ему всё дано: и деньги, и связи, и духовная работа. А еще есть специальные медитации, помогающие разбогатеть… Ты садишься и представляешь себя окруженным белым светом… А перед собой нужно положить доллар и напитать его этой энергией белого света…
— А это — не поклонение золотому тельцу на новый лад?
— Ну что ты! Это же — с разрешения Учителей делается! Кроме того, белый свет — самый чистый!
— Да уж лучше я молитву почитаю, Отче наш… Даже тут, на Поляне, мне только вчера один человек сказал, что для меня это сейчас самое главное: читать «Отче наш» почаще. И думать о Боге. Это меня оградит.
— От чего оградит, милый? Как будто ты не знаешь, что ни от чего не надо ограждаться, а получать как можно более широкий опыт. Во всем. А молитвы — хотя тут еще и проводят Магниты по старинке, с молитвами — давно устарели. Сейчас никакая молитва не разовьет тебя так, как новые духовные практики: мантры, янтры и манны… Да, да, это всё — в «Радостии» изучают. Её даже в вузах скоро преподавать начнут. А покаяния, молитвы — это только для начинающих, неподготовленных. Людям продвинутым давно ясно, что всё это — детские игры…
— Володя, — позвал Арей, — дров что-то малова-то, ещё закончатся не вовремя. Пойдем, ещё принесём.
Володя пошел вслед за Ареем.
— Ты — молодец, что меня увел — хоть случайно, хоть намеренно. А то у меня голова от разговоров разболелась. И чувствую: еще немного — и крыша поедет. Что это: гипноз, что ли? — сбивчиво поблагодарил Арея Володя.
— Гипноз? Не знаю. Но хочу обязательно разобраться, — задумчиво проговорил Арей, — А главное — узнать, как с этим бороться…
Андрей нашел Арея и Володю у большого белого камня на берегу реки. Они стояли на коленях и молились. На камне лежал карманный молитвенник Володи и была укреплена большая церковная свеча.
— И не введи нас во искушение, но избави нас от лукавого… — проговаривал Володя.
Андрей присоединился к молившимся, став на колени с другой стороны камня, так, что их фигуры образовали правильный равнобедренный треугольник. Молитвы читались по кругу: Володя, Арей, Андрей… Кто какие знал, хотя бы, как Арей, только «Отче наш». Они чувствовали, что возникает молитвенный вихрь, единое молитвенное пламя, устремленное кверху. Вверху оно сталкивалось с жестким, стихийным плотным противодействием. Андрей в молитвах призвал Архангела Михаила, заступника и защитника, прочитав, быть может, не совсем каноническую молитву, и заговорил нараспев:
— Святый боже, святый и крепкий, святый и бессмертный, помилуй нас…
