Русь и норманны полностью

Проблема происхождения названия русь требует дальнейших исследований, в особенности лингвистических. В этом этюде мы хотели лишь обратить внимание на односторонность схемы Roslagen (или ему подобное) — > Ruotsi — > русь и ее несоответствие исторической обстановке, а также на возможность локализации первоначальной руси на Днепре.

О первоначальном значении названия русь у восточных славян можно только делать предположения. В соответствии с нашими предшествующими наблюдениями, оно должно было быть не этническим (племенным)[575], а географическим понятием, как позднейшие Подолия, Полесье, Волынь[576]. В период формирования Древнерусского государства на территории Руси (в географическом смысле), кроме полян, очевидно, жили и другие племена, б частности северяне[577]. На совместную деятельность этих двух племен указывает отсутствие в источниках достоверных известий о конфликтах между ними[578], как между полянами, уличами и древлянами. Когда в Киеве появился «государствообразующий» центр не только полян, но и северян, он получил название не от полян, поскольку это не отвечало реальной политической ситуации, но от территории, на которой жили оба эти племени, от Руси в географическом смысле. Только тогда исконное географическое значение названия Русь сменилось на политическое, охватывающее сначала древнюю территорию, но проявляющее тенденцию к распространению на другие земли, подчиненные этому центру^{151}. Процесс формирования Древнерусского государства шел довольно быстро и вел к подчинению всех восточных славян, которые стали входить в понятие Русь. Эти политические преобразования нашли отражение уже в источниках X в., как, например, в сообщении Иби Якуба (966 г.), а также в документе «Dagome iudex» (ок. 991 г.), которые указывают, что Польское государство на востоке граничит с Русью, и тем самым признают Русью не только «Русскую землю» в узком значении, но и прилегающие к ней пространства на польской границе[579]. Раннее расширение понятия Русь вызвало гипотезу, будто исконно оно обозначало всех восточных славян, а его локальное значение, ограниченное ядром Русского государства (Киевской землей), было вторичным[580] и появилось в связи с процессом государственной децентрализации в XII–XIII вв. Однако многочисленные примеры показывают, что чаще политический центр навязывал свое название зависимым странам, даже иноэтничным (название Римской империи сохраняла еще средневековая Византия; то же подтверждают более близкие примеры Венгрии и Литвы). Еще ярче это проявлялось в раннефеодальный период, когда создавались этнически однородные государственные организмы: во Франции^{152}, Чехии, Польше и т. п. Труднее объяснить сужение понятия Русь до обозначения Киевской земли (включая Черниговскую и Переяславскую) в период феодальной раздробленности, т. е. в то время, когда Киев утратил главенствующее положение и политическое первенство перешло к Ростово-Суздальской Руси. Если бы произошло ограничение понятия, то название Русь в узком смысле скорее появилось бы на Клязьме. Есть также ряд древнейших источников, употребляющих название русь в узком смысле. К ним принадлежит в первую очередь «Баварский географ»; его термин Ruzzi, без сомнения, определяет не всех восточных славян, поскольку некоторые из племен фигурируют в самом списке, например, Basant — бужане, Unlizi — уличи[581]. В русской традиции название Русь также соединялось с Киевом, как следует из нашей гипотезы о принятии этого названия варягами только в Киеве. Характерны упоминания летописей, противопоставляющие русь отдельным восточнославянским племенам. По новгородскому известию, Олег велел руси сделать паруса из наволок, а словенам из простого материала; когда ветер разорвал тонкие паруса, словене вернулись к старым, из грубого полотна, но более мощным[582]. Шахматов не без основания приписал этот рассказ новгородцам[583], которые, вероятно, шутливо критиковали киевлян за склонность к роскоши^{153}. В 1018 г. летопись называет в рядах войска Ярослава: «Русь, и варягы, и словене»[584]. В легенде, записанной в XI в., древляне, убив Игоря, говорят: «Се князя убихомъ рускаго…»[585] Так не могли сказать люди, считающие себя русскими.

Итак, мы согласны с теми исследователями, которые, как Μ. Н. Тихомиров, А. II. Насонов, Б. А. Рыбаков[586], считают, что название русь, первоначально узкое, расширяло свое значение по мере формирования Древнерусского государства.