– Отложите ваши луки в сторону, мои верные нукеры! Сейчас – или никогда! Вы победите урусов в сече, заставите их дрогнуть, сломаете их в рубке! Вас больше, вы храбрее и искуснее покоренных! Вперед!!!
Всадники Синей Орды, лишившись лошадей, замерли в нерешительности, оглядываясь друг на друга и на своего кюгана, погнавшего их в самое пекло… Но миг нерешительности был недолог – сотня верных батыров ринулась вперед, увлекая за собой прочих ордынцев!
Мамлек-бей верно все рассчитал – контратака свежей тысячи ордынцев остановила натиск уже уставших ушкуйников, потерявших немало сил еще на веслах… И даже залпы тюфенгов и самострелов урусов не смогли смутить верных нукеров! Увлекших за собой и струсивших булгар, и замешкавшихся татар Тагая…
Но когда мурза позволил себе облегченно выдохнуть, он почуял вдруг легкую дрожь под ногами – словно кто-то приближается к нему на легких степных лошадях, но в большом количестве! А, обернувшись, он с ужасом увидел сотни казаков, проникших в опустевшую стоянку с восхода, где уже никто не защищал стену из телег… И словно этого было мало, с вершины горы вдруг раздался яростный рев турьего рога – и сверху ее на татар, уже потеснивших ушкуйников к реке, полетели тяжелые дружинники! Полетели, склонив копья для тарана…
Мамлек-бей тотчас ринулся к своим нукерам, надеясь криком предупредить их об опасности с тыла. Он надеялся успеть развернуть лучников – и встретить казаков залпом сотен срезней! А там все еще можно отбиться…
– Мои… нукхх… кхх…
Крик мурзы застыл на губах, а бег его оборвался на втором шаге – в спину кюгану угодила одна, а потом и вторая стрела, бросив его наземь.
Впрочем, Мамлек-бею казалось, что он все еще бежит, что у него еще есть шанс встретить казаков и удержать победу в своих руках…
Может быть, и хорошо, что он не увидел, как град стрел ударил в спины его нукерам – каждая нашла свою цель… Не увидел, как донцы с разгона врезаются в тыл ордынцев, разом сломав их волю к сопротивлению, посеяв панику и страх смерти… Не видел, как дружина князя Елецкого Федора опрокинула правое крыло татар одним ударом в копье!
А потом началась бойня поганых… Действительно хорошо, что Мамлек-бей успел уйти до этого мгновения.
Пусть стрелы и поразили его в спину…
Я меряю шатер быстрыми, нервными шагами на глазах встревоженной моим поведением Дахэжан. Еще и вполголоса проговариваю лезущие в голову мысли – ну чисто схожу с ума! Наконец, супруга не выдержала:
– Родной, что случилось? Все же хорошо, ты разбил татар, защитил город, нас с малышом… Ты боишься еще одного нападения?
Резко остановившись, я не удержался от громкого возгласа:
– Да!!!
Горянка осеклась, обиженно насупилась – и я, осознав, что должен хоть с кем-то поделиться своими тревогами и сомнениями, начал быстро, возбужденно говорить:
– Еще один удар последует обязательно! Разгрома своего воинства Тохтамыш не простит, приведет теперь под Елец не меньше полнокровного тумена – да еще осадными пороками и тюфенгами запасется!
Снова шаг в сторону, другой…
– Конечно, зимой он вряд ли нападет – все же это не Батый, готовивший вторжение на Русь всю осень, включая заготовку сена, загонные охоты и подвоз трофейного зерна с Булгара… Но в конце весны или начале лета татары наверняка объявятся.
Чуть побледневшая княжна тихонько, взволнованно уточнила:
– Что ты думаешь делать?
Я нервно хохотнул и снова начал нарезать круги по шатру, озвучивая свои мысли вслух:
– Самое отвратное – если Тохтамыш нападет на Елец прежде, чем на Москву! Тогда уже ни Донской, ни Рязанский не придут к нам на помощь. Это ведь открытое противостояние Орде, это полноценная война с ханом! А я вроде как независимый князь, никому не подчиняюсь и никому не служу, даже московскую сторожу завернул… Так что о союзе со мной можно будет подзабыть – потому как своя рубаха ближе к телу, свое княжество и свои люди ценнее! Ну, кто станет рисковать войском ради полезшего на рожон удельного князя? Пока сохраняется пусть даже призрачная надежда на мир с ханом и Ордой… Точно не помогут.
Я осекся, едва не заговорив про вероятное нападение Тохтамыша на Москву – а ведь с ним теперь все очень сложно… Ибо мои действия всерьез повлияли на известный мне ход исторических событий – и у хана ныне есть уже два пути.
Первый – напасть на Москву изгоном, собрав относительно небольшое, но мобильное войско в Булгаре. Затем со стороны Казани вторгнуться в Нижегородские земли, следом в Рязанские, выпытав все про броды – а после, перейдя Оку, ударить на столицу. Ну, то есть по изученному мной в подробностях сценарию – о коем я, собственно, уже предупредил Донского…
