— Как зовут? — резко спросил он.
— Яруном кличут, — не опуская глаз, спокойно ответил мужик.
— Ишь ты, — вспомнил Всеволод, раздвигая губы в улыбке. — Бывал и ране во Владимире?
— Доводилось, — сказал купец. — И с тобой беседовал, княже, как отправлялся к булгарам.
— К Дышучему морю ходил?
— Хаживал… Да ты-то отколь про то ведаешь, князь? — удивился Ярун.
Всеволод улыбнулся:
— Устюжский воевода доносил. А это кто с тобой? — повернулся он к его соседу.
— Зоря я, — склонился тот, — дружинник князя Юрия.
— Да тебя-то откуда бог принес? — изумился князь.
— Пристал я в Тмутаракани к картлийскому купцу Дато. Вместе дошли до Киева. А в Киеве встретили Яруна…
— Почто ж бросил ты своего князя? — нахмурился Всеволод. — Донесли мне, будто подался Юрий в Царьград, а с ним дружина.
Зоря наморщил лоб.
— Не гоже русскому человеку жить на чужбине, — смущенно проговорил он. — Уж и в половецких вежах чуть не помер я от тоски, а как увидел море, да как подумал, что обратно его уже не переплыть, так и вовсе покой потерял. Женка у меня осталась в деревне…
— Не вини его, князь, — вступился за своего попутчика Ярун.
— А где же ваш картлиец? — оборвал его Всеволод.
— Замерз дюже. С возами остался.
— Ну-ка, ведите меня к нему, — приказал князь. «Вот порадую я Марию», — подумал он, садясь на подведенного Кузьмой коня.
Ветер бросал в лицо колючий снег. Деревья скрипели и раскачивались. Конь под князем хрипел и закидывал на сторону морду.
В голове обоза, чуть в стороне, под сникшей от налипшего на ветви снега сосной горел костер. У костра на обрубке дерева сидел человек, протягивая к огню озябшие руки.
Услышав храп коня, человек пошевелился, обернулся, и Всеволод увидел устремленные на него поверх воротника внимательные темные глаза.
Опережая князя, Ратьшич ловко выпрыгнул из седла, торопливо приблизился к незнакомому и тронул его за плечо.
Человек вздрогнул, удивленно посмотрел на Ратьшича и встал. Всеволод спрыгнул с коня у самого костра, бросил Кузьме поводья. Темные глаза купца блеснули так знакомо, что у Всеволода вдруг защемило сердце: у Марии были такие же глаза, с лукавинкой, такое же тепло струилось из них, когда она, выбежав на крыльцо, провожала князя в дальнюю дорогу. Он еще долго вспоминал этот взгляд и думал потом, что зря не взял Марию с собой в Ростов — в пути она не была бы ему обузой, и он не чувствовал бы себя сейчас так одиноко.
Дато приложил руку к груди и склонился перед Всеволодом. Внимательно разглядывая гостя, князь сказал:
— Какие пути привели тебя в наши края, купец?
— Шел я в Киев, — ответил Дато, — но в Киеве встретил своих собратьев. Как торговать купцу, если товар его не в ходу? Попались мне добрые люди, пригласили с собой во Владимир. Тебя нахваливали, говорили, во Владимире мне будут рады.
— Попутчики твои правду сказали, — кивнул головой Всеволод. — Но еще больше меня обрадуется тебе наша княгиня.
Дато улыбнулся:
— Слышал я, будто она родственница князя нашего Сослана? Верно ли это?
— Верно, купец, — сказал Всеволод, — и потому ты — мой гость.
— Спасибо тебе, княже, за приглашение, — обрадовавшись, поклонился ему Дато.
Всеволод порывисто обнял картлийца.
— До Владимира тебе нынче добраться не просто, — сказал он. — Можешь ехать со мной в Ростов.
— Смею ли отказаться? — растроганно улыбнулся Дато. — О Ростове я тоже наслышан. А в княжеском обозе путешествовать надежнее.
— Пойдем к моему костру, — предложил Всеволод, — Люблю я послушать бывалых людей. А ты, чай, много чего повидал?..
Подошли Ярун с Зорей, услышали последние Всеволодовы слова.
— Так, может, и меня возьмешь с собой, княже? — стал напрашиваться Ярун. — И мне есть что порассказать…
— Не хвастаешь?
— Вот те крест, — подстраиваясь под шутливый тон Всеволода, оказал Ярун.
— Ну, коли так, делать нечего. Ступай и ты со мной в Ростов.
Он повернулся к Зоре:
— Нешто и тебя взять?
— Не, — смущенно сказал Зоря. — Мне в Ростов не по дороге. Благодарствую на добром слове, княже. Но путь мне нынче один выпал — в родную деревню.
— Ишь ты, — быстро взглянул на него Всеволод, — Да ты не из робких.
— Чай, ведомо: мы володимирские…
— Хорош, — засмеялся Всеволод. — Ну а коли так, вот тебе мое слово: наскучит дома — приходи ко мне. Возьму в свою дружину.
Зоря, как стоял, так и бухнулся ему в ноги:
— Как благодарить тебя, княже?
— Вот придешь, так и отблагодаришь верной службой. Смелые люди мне нужны.
— Вовеки должник твой буду.
— С богом.
Зоря попятился и скрылся в снегу…
Когда епископу Луке сообщили, что в Ростов прибыл Всеволод и уже сидит в трапезной, он побледнел и велел всем выйти. Приезда князя Лука не ждал.
Раньше, бывало, впереди Юрия или Андрея скакали биричи, бояре загодя собирались на совет, думали-гадали, какой устроить прием. К городским воротам выходил епископ с клиром, на улицах толпились празднично разодетые горожане, за два дня до приезда кня-зя все готовилось к пиру: сокалчие варили уху, жарили лебедей и уток, подрумянивали на вертелах лосиные туши, медовары свозили на княжеский и епископский дворы брагу и меды.
