«Невозможно отрицать, что есть некий пастушок (petit berger), правящий нами через подъятие мизинца, и именно он есть истинный король Франции „…“ В тревожные исторические времена вздымается его красное знамя, ибо красный цвет есть истинно королевский цвет». Что же, это так и есть — и знамя Хлодвига, и знамя Рюрика, и знамя Великого Князя Димитрия Донского было красным, и весьма соблазнительно толковать и французскую, и российскую революции как восстания против узурпации. Но, и еще раз но… Кого считает «Сионский приорат» легитимными наследниками истинного Царского Рода, кого имеет в виду та же Мириам Давид (аlias D.M.), когда утверждает, что «без Меровингов Сионский Приорат не мог бы существовать, а без Сионского Приората Меровингская династия угаснет»? Между прочим, если М.Д. всерьез утверждает об угасании династии (династия с такой кровью угаснуть не может в принципе, что и пытался показать Уоллес-Хэдрилл), то это может означать лишь два варианта: первое — она всерьез не верит в высокое происхождение Меровингов, и второе — она знает, что те, о ком она говорит, не Меровинги, а кто-то иные… Впрочем, продолжим и обратимся к переводу английской книги непосредственно с английского, поскольку он, как нам представляется, более подробен, чем «пересказ» с французского:
«Мы не в состоянии указать пальцем на какого-либо человека и сказать: „Вот — прямой потомок Иисуса!“ Генеалогические древа ветвятся, подразделяются и в ходе столетий разрастаются в настоящие заросли и леса. На сегодняшиний день в Британии (sic — B.K.) и континентальной Европе имеются не менее дюжины семейств, которые принадлежат к роду Меровингов. В их числе — дома Габсбургов-Лотарингов (ныне номинальные герцоги Лотаринги и короли Иерусалима), Плантаров, Люксембургов, Монпезатов (точнее, Монпеза, к числу которых принадлежит нынешний принц-консорт Дании Генрих — В.К.) и ряд других. Согласно „приорским документам“, в Британии с этим родом связаны семья Синклеров и разнообразные ветви дома Стюартов (недавно в российской печати муссировалась информация о принадлежности к Стюартам дома Спенсеров, к которому принадлежала покойная принцесса Диана, однако Спенсеры — не аристократический, а банкирский род и восходит к ХVI в. — В.К.). А семья Девонширов, судя по всему, посвящена даже в тайну рода. Большая часть этих домов может, по-видимому, претендовать на происхождение от Иисуса; и если когда-нибудь в будущем некий человек открыто назовет себя новым царем-жрецом, то сейчас невозможно сказать, кто это именно будет».
Однако замечательнейшая деталь: подлинные документы обо всех этих родах, как утверждают наши авторы, «находятся в сейфе Ллойдовского банка в Лондоне». Мы, однако, склонны доверять не ссылкам на лондонский банк, но дожившему до наших дней французскому аристократу, совершенно открыто издавшему свой труд малым тиражом, в провинциальном издательстве города Саланьяка…
Впрочем, и англосаксонская версия могла бы подлежать обсуждению (даже с учетом той наглой вульгарности, с какой здесь говорится о «происхождении от Иисуса» — увы, историку, как и криминалисту, приходится сталкиваться с самыми грязными намерениями), если бы… французские исследователи вопросов генеалогии, в частности Ришар Бордес (Richard Bordes) не указали на следующие обстоятельства:
«Нигде на самом деле не сказано о возвращении Дагоберта II в Разес в 671 г., ни о его браке с Гизелой де Реде. Ясно, что это выдумка „…“ возникла из соединения двух реальных фактов меровингской истории. Во-первых, Сигиберт I, сын Хлотаря I, был женат на вестготской (wisigothe) принцессы Брунхильде (Brunehaut), дочери вестготского короля Атанахильда (Athanagild). Брунхильда и ее сын были отстранены от власти Хильдериком I, но некий близкий им человек доставил их в Метц, где жители Австразии провозгласили сына Брунхильды королем в канун Рождества 575 года под именем Хильдеберта II. Во-вторых, Хариберт (Charibert), король Аквитании, сын Хлотаря II, женился на Гизеле, дочери Арно (Arnaud), герцога Гасконского. Их сыновья Боггис (Воggis) и Бертран (Веrtraund), которым покровительствовал их дед, избежали грубого обращения дяди и обрели наследие своего отца. Эти две истории, смешавшись между собой, сложились в легенду Ренн-ле-Шато, суть которой такова: Дагоберт II, сын Сигиберта III, женился на Гизеле де Реде, дочери вестготской принцессы по имени Гислис (Gislis). Дагоберт II был убит, а его сын Сигиберт IV, был спасен своей сестрой Ирминой и отвезен в Реде другом-рыцарем, где он принял наследие своего деда Беры (именно эта версия излагается в „Священной Загадке“ — В.К.). Но в любом случае Дагоберт II не мог быть женат на Гизеле де Реде, псевдо-дочери Беры II (выделено нами — В.К.). Этот последний был на самом деле сыном Аргилы (Argila) и внуком Беры I; он вступил во владение графством Разес в 845 году, то есть 166 лет спустя после гибели Дагоберта II, которого выдают за его зятя».
