Как тут не вспомнить слова У. Черчилля о том, что Н. Хрущев нанес Советской России больше вреда, чем он; не напомнить о его активности в составлении и реализации расстрельных списков на Украине и в Москве.
Что можно сказать — трудно жилось после войны всем без исключения. Голодал весь Советский Союз. Семья автора обитала в более тяжелой местности в смысле климатических условий — в болотистом Полесье, но и там селяне и горожане как-то достойно выживали без всякого каннибализма. Конечно, были и нищета, и голод, и отчаяние, о чем чекисты докладывали наверх. Вот одно из сообщений МГБ Украины:
Этот рыбий жир принимал и автор, которому в то время было семь лет. До сих пор помнится, как его развозила на машине и разносила в «чекушках» по домам больным детям участковый детский врач Мария Мирзоян, а мать по ложечке три раза перед едой давала глотать это отвратительное на вкус, но спасительное лекарство.
Как видим, социальные вопросы держали под контролем и органы госбезопасности СССР, верные традициям Феликса Дзержинского в его неутомимой борьбе с голодом и беспризорностью после Гражданской войны.
Демократия — наихудшая форма правления, если не считать всех остальных.
Демократы-шестидесятники, вспоминая встречи с желанным Западом, со временем стали открывать в нем неожиданные крутые повороты негатива. Оказалось, что на Западе происходит множество противоречивых и сложных процессов. Взорванный войнами XX век, с его революциями, контрреволюциями, руинизирующими кризисами, массовыми преследованиями людей, актами терроризма и, наконец, длительной жизнью под постоянной мнимой ядерной угрозой со стороны России, сильно напугал западного обывателя.
— И что же Запад предпринял? — спросил автор у Умника.
