Русь нордическая полностью

Однако из всего этого 3-томного труда, где многие страницы посвящены истории Индии, особый интерес представляет понимание Джавахарлалом Неру сущности кастового деления индийского общества, пришедшее из более древней — арийской — эпохи. С самого начала арийской (и ранее — гиперборейской) истории и вплоть до наших дней таких каст было четыре: брахманы (или по-старому — брамины), кшатрии, вайшии, шудры. Функции, которые закрепились за четырьмя перечисленными кастами, по Неру, суть следующие: брахманы — ученые, жрецы, мудрецы; кшатрии — правители (и добавлю: обязательно — воины); вайшии — купцы; шудры — работники)[63].

Эта универсальная четырехполюсная стратификация, вызревшая и сформировавшаяся в недрах древнеарийского общества, судя по всему, еще на Севере, позволила достичь максимальной гармонии в общественных отношениях древнего социума. Исходный принцип более чем прост: каждый должен заниматься чем-то одним. Нельзя, чтобы все занимались всем, в противном случае вместо органического единства наступит хаос. Единственное уточнение, которое хотелось бы сделать, касается терминологии, точнее, ее современного истолкования. Представляется, что функции вайшиев-купцов в дальнейшем значительно расширились, и их в дальнейшем лучше именовать предпринимателями.

Мировоззренческую составляющую жизни древних ариев обеспечивали жрецы (они же, по Неру, мудрецы-ученые). Кшатрии занимались управлением (и в случае военной необходимости принимали на себя роль вождей). Весьма существенной была роль вайшиев-предпринимателей: они осуществляли функции посредников между арийскими общинами и внешним миром; наиболее удобным и распространенным путем для реализации данной задачи выступала торговля, обмен материальными ценностями (товарами). Наконец, основу основ арийского общества (как, впрочем, и любого другого) составляли шудры — работники, понимаемые, однако, не как бесправные рабы, а как люди, занимавшиеся конкретным делом по указанию (или решению) общины.

Ничего более оптимального, чем указанная четырехэлементная структура общественного устройства, за всю историю человеческого общества выработано не было, хотя в разные эпохи и в разных исторических условиях обозначенные компоненты выступали под разными именами. Неудивительно, что в грандиозной политической модели, разработанной Платоном, исходными элементами идеального государства выступают мудрецы, воины, купцы и ремесленники[64], то есть по существу те же самые структурные элементы, что и в предшествовавшем эллинской культуре древнеарийском обществе. (Впрочем, удивляться тут особенно не приходится, так как эллины, в конечном счете, являлись потомками древних арийцев и некогда вместе с другими протоэтносами мигрировали с Севера на Юг, из Гипербореи в Средиземноморье.)

Отсутствие хотя бы одного из них или гипертрофирование любого из четырех неизбежно приводило к дисгармонии общественного уклада в целом. Гармонизация многообразной общественной жизни достигалась не за счет доминирования одной касты над другой, а путем нахождения оптимального численного и структурного баланса между ними. Изменение кастовой принадлежности допускалось, но, естественно, в случае объективной необходимости и уж никак не за счет поголовного перехода из одной касты в другую, когда, к примеру, все шудры-работники вдруг вознамерились бы стать кшатриями-управленцами.

Сказанное однако можно отнести главным образом к начальному этапу арийской истории, связанному с выделением из этнически недифференцированного гиперборейского общества и длительной миграцией протоэтносов по просторам Евразии. После вторжения индоариев на Индостан и смешения с темнокожими дравидскими аборигенами, говорившими на принципиально другом языке (некогда, впрочем, также отпочковавшегося от нерасчлененной лингвистической общности), структура прежнего арийского социума, перешедшего от ведизма к индуизму, стала совсем иной. Прежний, с таким трудом найденный баланс варн был утрачен, произошла абсолютизация брахманского сословия и полное уничижение низшей (с точки зрения брахманов) касты шудр и присвоение себе ведущей роли в земной и неземной жизни.

Частичное совмещение одним лицом или группой лиц функций различных каст может привести и к позитивному результату. Так, в русской истории положительными примерами сочетания управленческих и идеологических функций можно считать деятельность Олега Вещего и Александра Невского, Ивана Грозного и Петра Великого. Однако присвоение одним из сословий функций всех остальных никогда к добру не приводило. Например, попытка создания теократической власти (когда решающую роль пыталась играть «жреческая каста») всегда и всюду оканчивалась неудачей. К еще более трагическому результату приводило присвоение себе властных функций со стороны последней «низшей» касты или толпы, когда, так сказать, каждая кухарка начинала учиться управлять государством. В конечном счете в подобных случаях дело, как правило, заканчивалось насилием, смутой и хаосом.