Мы начали обходить камеры, заглядывая внутрь. Пленники были разные — и мужчины, и женщины, и старики, и дети. Кто-то из них был схвачен за долги, кто-то — за воровство, кто-то — за неповиновение властям. Но нужного нам пленника мы не нашли.
— Нет его, — прошептал Ратибор, покачав головой.
Я нахмурился. Неужели Лютича держат в другом месте?
— Ищем дальше, — буркнул я.
Мы продолжили поиски, когда из одной из камер послышался слабый голос:
— Антон… Княже…
Я остановился, прислушиваясь. Голос был тихим, едва слышным, но я узнал его. Это был голос Драгана, бывшего наемника, а ныне — одного из военачальников Сфендослава.
Я подошел к камере. Драган сидел на полу, прислонившись к стене. Он был ранен — на его плече виднелось кровавое пятно.
— Драган? — спросил я, наклоняясь к решетке. — Но почему?
— Сфендослав… — прохрипел он.
Я нахмурился.
— Где он?
— Не знаю… Он ушел… через потайной ход…
— Я вытащу тебя. Но ты расскажешь мне все, что знаешь. И покажешь этот потайной ход
Драган кивнул.
— Расскажу… — прохрипел он. — Все расскажу… Только вытащи меня отсюда…
Я подозвал Ратибора, и вместе мы выломали решетку камеры. Драган был слаб. Я помог ему выйти из темницы, поддерживая его под руку.
Мы выбрались из княжеского терема тем же путем, каким и проникли — через подвальное окно и узкий переулок. Драган, опираясь на мое плечо, шел с трудом — рана давала о себе знать.
На улице, несмотря на поздний час, было светло, как днем — пожар разгорался. Дым застилал небо.
Я привалил Драгана к стени и приказал Ратибору по-быстрому освободить клетки пленников. Это заняло еще около получаса. За это время я осмотрел рану Драгана — сильное кровотечение на ноге и множество порезов и ссадин. Оказав первую помощь, я передохнул. Ратибор появился, когда я закончил перевязку из подручных материалов.
Мы торопились, стараясь не привлекать внимания, но улицы были полны бегущих от огня людей.
Когда мы добрались до терема Болеслава, лазутчики, ждавшие нас, облегченно вздохнули. Веслава, увидев Драгана, нахмурилась.
— Внутрь, — скомандовал я.
В горнице Болеслав не спал — он сидел за столом. Увидев Драгана, он вскочил, лицо его исказилось от гнева.
— Что это значит, княже⁈ — воскликнул он. — А этот тут зачем⁈
— Он больше не враг, Болеслав, — ответил я, усаживая Драгана. — Он расскажет нам все, что знает о Сфендославе.
— Этот человек служил Сфендославу! — заявил Болеслав, с сомнением глядя на Драгана.
— Он служил, — согласился я. — Но теперь он служит мне. Верно, Драган?
Драган, с трудом переведя дух, кивнул.
— Где он? — спросил я. — Куда он направился?
— Не знаю… — ответил Драган. — Ушел через потайной ход… Я знаю, куда он ведет…
Я стоял в полумраке княжеского терема, тяжело дыша. Драган, которого я освободил из темницы, лежал у стены, сжимая бок. Его лицо было бледным, как у мертвеца. Он хрипел, указывая дрожащей рукой на угол комнаты.
— Там… У складов, рядом со стеной, есть ход… Сфендослав… ушел туда, — выдавил он, кашляя кровью.
Я кивнул Ратибору, стоявшему рядом. Я обернулся к Драгану.
— Ты уверен?
— Клянусь… видел, как он туда… — Драган закашлялся снова, и я махнул рукой, обрывая его.
Хватит слов. Если Сфендослав сбежал, я должен его догнать.
— Ратибор, за мной. Вы двое, — я указал на лазутчиков Веславы, — тоже идете. Драган, держись, если сможешь.
Он только слабо кивнул, а я, сжав топор в одной руке и факел в другой, шагнул в темноту. Склад мы нашли быстро. По иронии судьбы мы прошли мимо него в самом начале нашей вылазки. Зайдя внутрь, мы увидели открытый подпол. Новгородец либо слишком спешил, раз не закрыл за собой дверцу погребка, либо не ожидал преследования. Либо просто дурачок. Но это вряд ли.
Спуск был крутым, ноги скользили по влажным камням, а стены, покрытые мхом, сужались так, что плечи задевали их с обеих сторон. Ратибор шел следом, его тяжелое дыхание эхом отдавалось в туннеле. Лазутчики двигались бесшумно, как тени, и я в который раз подумал, что Веслава вышколила их на славу. Ведь их тренировки проходили с самого выхода из Переяславца.
Туннель оказался старше, чем я ожидал. Местами потолок обрушился и нам приходилось протискиваться через завалы, цепляясь за торчащие корни. Я заметил свежие следы на земле. Кто-то прошел здесь недавно, и это подстегнуло меня. Сфендослав думал, что сможет уйти от меня и спрятаться. Но я найду его, даже если придется разобрать этот проклятый ход по камню.
— Он знал об этом месте, — пробормотал я, скорее себе, чем Ратибору. — Готовился заранее.
— Хитер, как лис, — глухо отозвался Ратибор. — Но мы его выкурим.
Я усмехнулся. Сфендослав был носителем Вежи, как и я, и это делало его опаснее любого обычного врага. Он знал, как использовать систему, как выкручиваться из ловушек. Меня напрягало то, что Вежа не предупреждала о наличии рядом носителя. Это могло значить, что новгородец уже далеко.
Мы прошли еще десяток шагов, когда впереди мелькнул слабый свет, как от факела. Я замедлился, жестом велев остальным остановиться.
