«Лингвистический пакет активирован», — напомнила Вежа. — «Вы понимаете и говорите на древнерусском языке».
«А что насчет способностей?»
«Пакет „боевые навыки“ активирован», — ответила Вежа. — «Он позволяет вам эффективно защищаться и атаковать, использовать подручные средства в качестве оружия. Но не злоупотребляйте этим. Ваша сила не безгранична».
«Понятно», — сказал я. — «А что еще я умею?»
«На данный момент активированы только базовые пакеты», — ответила Вежа. — «Доступ к другим навыкам и знаниям будет открываться по мере укрепления вашего авторитета».
«То есть, чем больше влияния я буду иметь, тем больше я буду уметь?» — уточнил я.
«Именно так», — подтвердила Вежа.
«А сколько мне надо сейчас набрать, чтобы получить ближайшую плюшку? Какая у меня главная цель?»
Вежа выкатила перед глазами шкалу влияния от самой низкой с надписью «Староста» до самой высокой — «Повелитель».
Вот это у них запросы. Я даже не знал, что и ответить системе.
Я задумался. Получается, чтобы выжить в этом диком времени и, возможно, изменить его, мне нужно стать местным влиятельным человеком? Завоевать авторитет и влияние? Звучит абсурдно.
Ближайшая цель — накопить 21 тысячу очков влияния. Как я понял, на этом уровне откроются ряд возможностей — от технологий до профессиональных навыков. Сейчас у меня 150 очков влияния (сокращенно — «ов»). Кажется, на то, чтобы изменить ход истории тоже нужны будут эти «ов». Есть такое подозрение. Это какая-то универсальная валюта системы.
Я снова оглядел поле боя. Убитые, раненые. Перепуганные селяне. И я, испачканный в чужой крови, в чужом времени, в чужой одежде, но с внезапно обретенным «авторитетом». И перспективой «направлять ход истории».
— Ладно, — выдохнул я, поднимаясь на ноги. — Понятно. Насколько понятно вообще может быть такое сумасшествие. «Авторитет», говоришь? Ну, посмотрим, что это за зверь такой.
Я оглянулся на селян, которые с тревогой смотрели в мою сторону. Одна из женщин, заметив, что я поднялся, подошла ко мне и протянула крынку с колодезной водой.
— Отведай, путник, — сказала она с участием. — Ты много сил потратил, тебе нужно подкрепиться.
Я взял крынку, поблагодарил ее и начал ненавязчиво расспрашивать окрестных жителей. Я понимал их речь, а мои слова, казалось, лились сами собой, в нужной манере, с правильным ударением. Все-таки есть какой-то особый колорит в древнерусском. Чуднó звучит.
Выяснилось, что я нахожусь в небольшом селении, название которого звучало как «Березовка». Это было недалеко от города Переяславец., как Местные думают, что напавшие разбойники были подосланы старостой соседней деревни — «Совиное», с которой у Березовки был давний конфликт из-за спорных рыбных угодий. Старосту Березовки убили. Теперь селяне не знали, что делать дальше. Благо у них есть старцы, которые могли разруливать ситуации при форс-мажорных обстоятельствах. Но большинство селян были растеряны.
«Вежа, каково мое нынешнее положение?» — спросил я.
«Защита села от разбойников укрепила ваш авторитет. Если вы хотите отобразить это в цифрах, то у вас 150 очков влияния», — ответила Вежа.
«Неплохо для начала. А есть способ укрепить его еще сильнее?»
«Усиление влияния потребует значительных усилий», — сообщила Вежа.
«А что я получу, укрепив свое влияние?»
«Это позволит вам влиять на ход событий и раскрыть ваше предназначение в этом времени», — ответила Вежа тем же спокойным, бесстрастным тоном.
Нудная система. По второму кругу талдычит одно и тоже. Никакой новой информации.
Я замолчал, пытаясь принять эту абсурдную реальность. Все это было похоже на какой-то бредовый квест из компьютерной игры. Только ставки здесь были куда выше. На кону стояла моя жизнь.
А что я знаю о 968 годе? Что-то не припомню каких-то значимых событий. Я, конечно, тот еще историк, поэтому сходу не скажу, что можно изменить в этом времени. Но все же что-то есть, раз именно в этом времени я появился.
Ко мне подошел молодой парень, один из тех, кого я спас от разбойников.
— Здоровья тебе, путник, — сказал он, низко кланяясь. — Старейшины хотят видеть тебя.
«Старейшины? Это еще кто?» — переспросил я у Вежи.
«После смерти старосты управление селом временно перешло к совету старейшин», — пояснила Вежа. — «Похоже, они хотят вас отблагодарить».
Я вздохнул. Благодарность — это, конечно, хорошо. Но мне бы сейчас горячий душ и чашку кофе. В тот момент я был готов отдать все свое влияние за это. А еще я бы не отказался от интернета, электричества и доставки пиццы.
— Пойдем, — парень кивнул в сторону центра села.
Ну, веди, Сусанин.
Я последовал за ним. Наш путь пролегал через кривые улочки Березовки. Село оказалось больше, чем я думал, когда видел его с полянки. Добротные бревенчатые избы теснились друг к другу, образуя запутанный лабиринт. Крыши, крытые соломой и дранкой, потемнели от времени. А затянутые бычьими пузырями окна, тускло поблескивали в лучах заходящего солнца. Во дворах бегали куры, хрюкали свиньи, слышался лай собак. Пахло дымом и навозом — запахом деревенской жизни. Я с ностальгией вспомнил детство у бабушки.
