Когда я, выпав за борт круизного лайнера, тонула в Индийском океане, я была готова душу продать дьяволу за спасение. Но я и подумать не могла, насколько материальны наши мысли. Потому что тот, кто спас меня, вовсе не ангел с нимбом и крыльями…Когда я получил сигнал бедствия, я и подумать не мог, что спасать мне выпадет честь дочь обманутого мной миллиардера. Она очаровала меня уже в тот момент, когда выплюнула мне в лицо морскую воду. Пожалуй, я подержу эту русалку в своем «аквариуме», пока она не отблагодарит меня за свое спасение…
Какого черта
Кажется, от одиночества у меня начинает ехать крыша. Толку-то, что у меня есть своя яхта! Никуда на ней не выбраться, даже на долбаный соседний остров. Если мой фейс узнают, меня найдут, и Мальдивы станут последним местом на земле, где я побываю. Когда на мою шею набросят петлю и вышвырнут меня за борт посреди океана, вместе с двигателем моего спорткара, я из рая прямиком отправлюсь в ад…
Вся экзотическая фауна, на которую я мечтала посмотреть, теперь плавает где-то подо мной. Особенно
Неужели никто на лайнере не подал сигнал бедствия? Ведь я выпала за борт прямо на глазах Жанны и Артура. А они, как никак, моя лучшая подруга и мой бойфренд! Или меня отнесло течением? В поле зрения не попадает ни единого острова. Похоже, мне конец…
Кажется, у меня начинаются глюки. Я вижу проплывающие мимо корабли. Один из них, похоже, вообще был «Титаником», другой бумажным. Без звука, без волнения воды. Просто призрачные тени.
Зачем я вообще приняла это предложение?! Жила же себе спокойно! Но ни с того ни с сего объявляется мой папаша, которого недавно обобрала его очередная женушка, и вдруг осознав, что я выросла без его особого вмешательства, предлагает мне отдых на Мальдивах. А я с дури говорю, что никуда без Артура и Жанны не поеду. Кто ж знал-то, что он так расчувствуется и все оплатит?! Похоже, правда его последняя пассия немало кровушки из него попила. Решил, что лучше потратится на дочь и ее компанию, чем на какую-то аферистку и ее ухажеров.
Помахав уплывающему малайцу рукой, хочу накидаться. Плетусь к холодильнику, под завязку затаренному морепродуктами и пивом, достаю ледяную банку и прикладываю ее к закипающей башке. О, дьявол, что бы я делал без солнечных батарей! Спасибище их создателям. Без электричества я бы здесь уже подох.
Включаю мобильник, падая на шезлонг в тени тента, а там ничего, как и вчера, и позавчера, и весь последний месяц. Либо все совсем хреново, либо моя сестренка послала меня далеко и надолго с моими проблемами. И неужели, шмакодявка, даже не соскучилась по старшему брату? Я же проклятых полгода здесь жарюсь! Хорошего должно быть понемногу, а то от него начинает тошнить. А меньше всего мне хочется, торча на Мальдивах, думать о бабулиных пирожках с капустой.
Откупориваю банку, наслаждаясь ее шипением, и уже предвкушаю, как сейчас глотну холодненького, расслаблюсь, искупаюсь в бассейне, а может, и в море нырну, вечером креветки, кокосовое молоко и спать.
Пальцами зачесываю отросшую челку назад, думая, что надо бы парикмахера вызвать и побриться, и подношу банку ко рту. Рация включается в тот самый момент, когда запах пива уже ударяет мне в нос.
– Мэйдэй, Мэйдэй, Мэйдэй…
Полгода одно и то же!
Отставляю банку и плетусь в бунгало, чтобы отключить эту частоту, которую сейчас засорят переговорами спасателей. Пока иду, слышу о пропаже русской туристки с круизного лайнера, проплывшего в моем морском районе пару часов назад. Ближайшая спасательная служба в ста милях от моего острова. Пока доберется до утопающей, спасать уже будет некого.
Протягиваю руку к кнопке мини-радиостанции и замираю. Взгляд падает на ключи от яхты, покачивающейся на волнах.
Черт! Вот зачем мне это? Не плевать ли мне на какую-то левую бабенцию, выпавшую за борт после лишнего бокальчика шампанского? Да пусть тонет! Может, повезет ей, если спасатели успеют.
Отключаю рацию и возвращаюсь к своему шезлонгу. Вот только пиво уже не хочется от мысли, что где-то поблизости поплавком на воде болтается нуждающийся в помощи человек. Да еще и моя землячка!
Выбрасываю банку в мусорный контейнер, хватаю ключи и, бурча под нос, что я полный придурок, тащу себя к яхте.
Что-то толкает меня по ноге, приведя в чувство. Из последних сил барахтаюсь на одном нарукавнике, озираясь по сторонам. От очередного толчка поддаюсь панике. Только не акула, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… Жду острого плавника над поверхностью, ничего не вижу. Баламучу воду вокруг себя, здоровски нахлебавшись, и начинаю просто плакать. Кричать-то бесполезно. Меня здесь даже бакланы не услышат.
До слуха доносится шум мотора. Я явно грежу, в пелене перед глазами видя приближающуюся яхту. Пропади она пропадом, потому что еще один мираж!
Руки и ноги немеют, я перестаю чувствовать свое тело. Пытаюсь запрокинуть голову, но она падает вперед, и я снова хлебаю отравляющую меня морскую воду.
