- Вот взгляните, - она подняла руку ладонью ко мне. Я ничего толком не увидела. - Это чистая магия огня. Второй уровень. - Присмотревшись, я заметила над ее пальцами как будто воздух дрожит, как над костром. Но огня не было. - А вот это если добавить магию воздуха, - она что-то сделала, и на ее пальцах вспыхнуло синее пламя, как над газовой конфоркой. - Магия стихий питает друг друга, если их умело сочетать. Но у неподготовленного мага стихии друг друга гасят, поэтому необученный маг с хорошим равновесием обычно безопасен - его силы не вырвутся из-под контроля.
Она замолчала, но я поняла то, что осталось недосказанным - я маг с высоким показателем неравновесия и большой силой, а значит не слишком безопасная личность. Только этого мне и не хватало.
Каким-то неизвестным образом конверт с приглашением из Империала все же оказался у меня в кабинете на столе. Прямо-таки письмо из Хогвартса! Не знаю, кто его принес, по незнанию ли или по злобному умыслу, но я лишь фыркнула и сбросила его в самый нижний ящик стола и закрыла от греха подальше.
Сегодня я, подумав о Барби и предстоящем бале рассказала всем домашним сказку про Золушку, используя магию, чтобы разыграть историю, как в кукольном театре. Такой сказки здесь не было, не удивительно, здесь в основном были истории про магов. Дети уже довольно хорошо выучили Имперский, им он давался весьма легко, даже никто не перебивал и не переспрашивал. Взрослые тоже смотрели с интересом.
Правда, до того, как рассказывать сказку, пришлось долго разговаривать с Барби, пытаясь подобрать аналог слова «фея». В этом мире почему-то было мало легенд про сверхъестественных существ, кроме элементалей (не то древних богов, не то предков людей). Здесь никто не верил в «домовых» или «чертей», вообще ни в какую нечисть вроде нашей. Вся магия шла от Стихий, максимум - человек мог столкнуться с Элементалем - чистым проявлением Стихии или с одержимым стихией животным. Еще в сказках встречались люди, освященные стихией - настолько одаренные и сильные маги, что они становились почти-элементалями, эдакими людьми не от мира сего, в нашей культуре, наверное, можно было бы сравнить их со святыми. Обычно такие персонажи играли роль «бога из машины» - то есть в конце сказки или былины вдруг появлялись и разруливали все проблемы, осуждали виновных, награждали невинных.
В общем, в своей сказке я фею заменила именно женщиной, освященной стихией Воды. А еще пришлось ее из крестной сделать дальней родственницей Золушки, ведь такого понятия тут тоже не было.
В целом, всем понравилось, всех впечатлило. Дети с Барби потом долго обсуждали смысл сказки и использованную мною цитату из советского фильма, что «Очень вредно не ездить на бал, когда ты этого заслуживаешь».
- А ты что думаешь? - подначила я Жиль, которая тоже задержалась после окончания рабочего дня, чтобы послушать сказку.
- Я думаю, что культура и быт Жемчужных островов очень отличаются от того, как мы это представляем в Империи, - серьезно сказала она, глядя мне в глаза.
Я ахнула и попыталась настроиться на ее эмоции, чтобы узнать, что именно она поняла, как сильно я прокололась. Но вроде бы в ее эмоциях не было особых подозрений, лишь недоумение и интерес.
- Я, конечно, адаптировала нашу сказку под местные реалии, чтобы дети могли понять, -промямлила я и поспешила сбежать в свой кабинет.
Когда, наконец, Жиль ушла домой в сопровождении одного из охранников, а Оларг поднялся в свою комнату, я спустилась в подвал и долго плавала в своем бассейне, разминая плавник, каждый его суставчик, каждую мышцу. Крутилась в самых разных траекториях, потом создала течение и плыла против него. Кракен сперва следовал моему примеру, но потом передумал и всплыл в своем шарике и лишь смотрел на меня с недоумением. Ну, да, ему не понять, как неприятно после былой стройности вновь замечать у себя на животе жировые складочки. Сидячий образ жизни, чтоб его!
Наконец, выбившись из сил, поднялась обратно в кабинет. Во время тренировки у меня появилась идея, которую хотелось зафиксировать, пока она не вылетела из головы. Благодаря налаженной работе моих помощников у меня появилось уже несколько разного размера и формата скетч-буков и разномастные писчие принадлежности от кистей с красками и разнообразных перьевых ручек до угля и серебряного карандаша. Вот объяснить, что такое графит или найти что-то похожее мне пока не удалось, так что приходилось довольствоваться тем, что есть. Остро не хватало ластика и нормальных инструментов, нормальной бумаги, которую можно спокойно тратить, но я приспособилась сперва делать что-то вроде модели из воды, а потом уже зарисовывать в разных видах.
Как иногда случается, идея при ближайшем рассмотрении оказалась не такой уж интересной, и я, разочарованно осмотрев лист бумаги, сунула черновик в дальний ящик стола. Спать надо, ужасно устала сегодня, а еще надо готовиться к балу...
Взгляд сам собой скользнул к конверту, скрытому под черновиком. Хм...
