Двери со стуком распахнулись, и в зал прошествовала светловолосая женщина, выглядящая ещё старше Маргариты Николаевны. Все разговоры смолкли. Я перешла на магическое зрение. В комнате висел густой синий туман. Сияло множество мощных полей, но поле вошедшей превосходило их все. Даже бывшей директрисы.
— Верисса, — поприветствовала женщину неглубоким поклоном основательница школ.
Сдавленный шепот тети Лены: «Я думала, она мертва…» потонул в общем гуле.
— Кто это? — спросила тихонько.
— Верисса Виринес. Одна из последних Мечей Богини, переживших Крах. Считалось, что она погибла во время Охоты, — ответили мне.
Илина Владимировна со свойственным ей каменным выражением лица на это заметила:
— Сомневаюсь, что сегодня это последний сюрприз. Многих уже присутствующих даже я не знаю, а ведь ещё не все подошли.
Она оказалась права. Маргарита Николаевна, похоже, сумела вытащить на этот Совет всю элиту нашего народа. Русалки всё прибывали и прибывали. Наставница и тетя Лена, понимая, что я мало кого могу знать в лицо, называли знакомых им самим. Вот прибыл глава Совета Азимоса — лысый и необычно полненький для тритона мужчина в бордовом камзоле. Следом за ним вошел высокий светловолосый тритон лет тридцати на вид, за которым следовал Андре. Даже без подсказки я догадалась, кто это. Впрочем, мои собеседницы этого не подозревали:
— Владимир Антарио. Градоправитель Марианского, — сообщила мне крестная.
— Мой отец, — в голосе наставницы прозвучала тоска. Кажется, её отношения с родителем оставляли желать лучшего.
Титул градоправителя Марианского передавался в роду Антарио с самого основания подводного города. Род хамелеонов, именно они когда-то нашли место, где потом основали поселение спасшиеся во время Краха. Обнаруженные там месторождения магита подарили русалкам постоянный источник дохода — накопителями пользовались все и вечными эти камешки не были. Когда произошел Крах, их только собирались разрабатывать — на тот момент вблизи Атлантиды были более легко доступные залежи магической породы. Но после того, как великий город был уничтожен вышедшей из-под контроля силой его погибшей правительницы, одному из Антарио пришло в голову увести свой народ именно сюда. Как потом оказалось, он не прогадал: месторождения разрабатывали до сих пор.
Многие магически одаренные не понимали привязанности русалок к Марианскому, но Владимир Антарио не понимал уже их. Как может тот же Подводный ветер с его вечными ветрами быть лучше пусть более глубоководного, но гораздо более спокойного и теплого — благодаря множеству заклятий на куполе — Марианского? Родившийся и выросший в крупнейшем подводном городе хамелеон любил его всей душой. Его не смущали ни вечная тьма, которую разгоняли многочисленные фонари, ни периодическое однообразие меню, ни сложности в перемещении на сушу или в другие города. Отчасти потому что магом он был сильным и открывать порталы из Марианского умел.
Активировав накопитель, Владимир Антарио перенесся сначала в один из родовых особняков, расположенный на побережье, а потом уже и в лагерь. После Марианского здесь было непривычно солнечно. Прикрыв глаза предусмотрительно захваченными солнечными очками, мужчина зашагал вверх по холму, не обращая внимания на резвящихся подростков, многие из которых здоровались с ним. Хамелеон скупо кивал на приветствия и, не останавливаясь, поднимался по тропе. Можно было бы использовать маскировку, но это было бы недостойно одного из самых влиятельных тритонов.
Изнывающий от нетерпения Андре, облаченный в костюм-тройку, при виде родственника подскочил с одного из диванчиков, стоявших в холле.
— Дедушка! — поприветствовал он его. После размолвки из-за принудительного портала они уже успели помириться, да и прадеда танцор любил. А ещё не слишком любил кого-то ждать.
— Здравствуй, — Глава рода как и положено был серьезен и сдержан. Хотя взъерошить черные чуть волнистые волосы правнука ему этикет не помешал. Как и его мать Андре от природы был безумно кудряв, пусть и скрывал это. С одной стороны прадед прекрасно понимал его в этом вопросе, с другой — кудряшки маленького правнука, как и внучки, ему нравились до безумия. — Ты, кажется, ещё подрос?
— Немного, если судить по брюкам, — подтвердил юноша, щелчком приводя шевелюру в порядок. — Пришлось швы распускать.
— Бывает. Идем, — глава рода уверенно направился к лестнице в подвал. И уже на ходу продолжил необременительный разговор: — Такими темпами ты скоро деда перерастешь.
— Девушкам нравится.
— Ну ещё бы, — Владимир Антарио и сам когда-то был весьма популярным у девушек. Добиваться ему пришлось только будущей жены.
Тритоны у входа в зал Совета коротко поклонились высокому начальству. Градоправитель мельком отметил, из какого именно они Отряда, но останавливаться и начинать разговор не стал: времени до начала оставалось уже не то что бы много.
