— Нет, — отрезала она. — Сейчас каждый день на счету. После Соревнований отдохнёшь. Через час буду ждать тебя здесь. Пойдем тренироваться в море.
Эх! Вот кто меня за язык тянул тогда, а?
— Тогда давайте через полчаса. Освежиться уже очень хочется.
— Ничего не имею против, — улыбнулась Илина Владимировна, которой судя по влажному на вид подолу летнего платья антарктической водицы все же перепало.
Выделенная нам комната обнаружилась в самом конце коридора, у одного из углов башни. Не самое удобное расположение, но зато вид из окон должен быть классным. Наверное.
Толкнув дверь, я вошла в помещение, где нам предстояло жить следующих полтора месяца. Первым в глаза бросился размер: комната оказалась малюсенькой. Или такое впечатление создавалось из-за обилия мебели и сумок? Собственно из-за вещей свободным оставался пятачок метр на метр.
— Зато мы вчетвером, — попыталась найти положительное в ситуации явно размышлявшая о том же Рия. — Остальные по шесть-восемь живут.
Собственно такой вариант проживания нам предложила ведавшая расселением Анна Викторовна, и Ри тут же согласилась.
— И вид из окон красивый, — поддержала порыв оптимизма подруги Наташа.
Я подошла к ближайшему окну-бойнице (по форме, не по размеру) и была вынуждена согласиться с отличницей. Вид действительно был очень даже ничего. На пляж, прилегающие к нему джунгли и кусочек моря. С такой высоты все это больше напоминало картину. Второе окно смотрело на сияющие в утреннем солнце морской простор. Правда, обзор частично перекрывала северная башня, но это ничуть не портило общего впечатления. Башня смотрелась на фоне моря удивительно органично. Ко всему прочему, там явно поселились парни — их силуэты то и дело мелькали в окнах.
— А помните, какая нам досталась в прошлом году?
— Ещё бы, — фыркнула Наташа. — Хуже комнату сложно вообразить: окна выходят на двор, ни моря, ни острова толком не видно!
— Ещё и эта зануда Лизка со своими подлизами… — поежилась Алина.
— Иногда хорошо быть участниками Соревнований, а?
— Думаешь, нам поэтому предложили выбор?
— А почему ещё? — резонно заметила на это потомственная.
— Хорошо будет, когда они пройдут, — проворчала я, продолжая копаться в сумке. — Хотя по-моему до Соревнований я не доживу: наставница раньше меня замучает!
— Что она, кстати, хотела? — заинтересовалась вторая ученица Илины Владимировны.
— В ультимативной форме предложила сходить потренироваться, — отозвалась я, наконец откопав купальник и начиная искать что-нибудь, что можно накинуть поверх него. Вот думала же положить сверху, нет засунула чуть не на дно!
— Она что не может один день отдохнуть?!
Вопрос явно был риторическим, но я ответила:
— Видимо нет.
К назначенному сроку я подошла к лестнице. Директриса уже ждала. Она переоделась в открытый (даже чересчур открытый для преподавателя) топик кремового цвета, из-под которого торчали завязки зеленого купальника, и бриджи в тон.
— Идем?
Кивнула.
Некоторое время шли молча, потом Илина Владимировна как бы невзначай поинтересовалась:
— Вы ведь с Асавеном вечерами не физикой занимаетесь? — Я от двусмысленности вопроса несколько опешила. Кажется, наставница тоже сообразила, что что-то не то сказала, потому что уточнила: — В смысле, он же учит тебя мерфитской магии?
Горько усмехнулась:
— Если бы он меня ей учил, я бы уже была мерфиткой. В основном, он помогает мне разобраться в той книге, которую Маргарита Николаевна посоветовала. Ну и контролю учит, это да.
— Помогает?
— Сложно сказать.
— А как преподаватель он как тебе?
— Хороший, — я улыбнулась.– И физику любит. Это чувствуется. — И решилась понаглеть: — Но почему вы спрашиваете?
За разговором мы вышли из башни, так что пришлось прерваться, чтобы не пытаться перекричать шум. Выйдя за ворота, наставница продолжила:
— Должна же я знать, что думают ученики о новых учителях, — небрежно сообщила она. — К тому же, он мерфит. А это несколько необычно.
— Ну, подводноветреник же нормально прижился, — заметила я, прежде чем подумала.
— Ты о Танрене? — не удивилась она. Я кивнула. — Кто проболтался? Хотя какая разница? Это ведь в принципе, не тайна. Все, кто магическому зрению научился, знают. Что же касается твоего вопроса, так он в школе уже много лет, ещё меня математике учил. Маг он слабый, но математику знает.
— Вот и Асавен также.
— Даже слабые мерфитки куда сильнее обычных магов, — возразили мне на это. — Или русалок.
Позволив мне обдумывать свои слова, директриса свернула на узкую тропинку, бегущую вниз вдоль замковой стены. Спустя минут пять жуткого спуска по камням с ежесекундным риском упасть я зло поинтересовалась:
— А нельзя было просто пойти на пляж?
— Можно. Если тебе нравится ползать по отмели. Здесь же сразу глубина начинается.
— Лучше уж по отмели ползать, чем рисковать свернуть себе шею!
— Не свернёшь, я на тебя щит поставила. И левитацию наготове держу.
Как будто я не держу! Страшно с такой высоты навернуться!
— А спустить нас левитацией вы не можете?
— Это слишком энергоемко. К тому же внизу скалы, — спокойно сообщила она. — Да и мы почти пришли.
