Противный писк висящих на противоположной стене ванной комнаты часов вырвал меня из воспоминаний. Эти часы, на вид совершенно обычные, по заверениям Алины совершенно не боялись воды и были настроены сообщать каждые полчаса, если в ванной кто-то находится. Видимо, чтобы мы слишком-то уж в ванной не засиживались. Актуально на самом деле: в воде я чувствовала себя замечательно и за размышлениями совсем не заметила, как увлеклась: сейчас стрелки уверенно показывали половину одиннадцатого.
Алина, конечно, уже вымылась, но все равно стоит поторопиться, если я хочу выспаться. Будет неприятно, если в первый же день учебы я буду зевать на уроках.
Уснула я не сразу — страшил новый класс, новые учителя, новые предметы. Надеюсь, уроки будут интереснее учебников. Хотя и те, впрочем, были познавательны, я больше из лени их забросила… Потом мысли как-то свернули на тетю Лену и родителей. Некстати вспомнилась Вероничка и то, что я так и не проверила, ответила ли она мне и даже ей не позвонила, хотя собиралась и телефон зарядила. В общем, я проворочалась минут сорок, пока наконец не заставила себя прекратить этот хоровод мыслей и устроиться поудобней. Сон как всегда пришел неожиданно.
Под лыжами тихо и размеренно поскрипывал подтаявший местами снег, весеннее солнце едва заметно припекало спину, из-за чего впереди меня бежала тень. Тем же путем возвращаться явно не стоит — слепить будет. Тогда оно тоже было ярким… С усилием отогнал вот уже четыре года преследующие меня воспоминания.
Мои одноклассники и одногруппники сейчас наверняка выдумывают розыгрыши на завтра. Степка и меня звал, но я не пошёл — смысл? Ничего «дельного» по их мнению я предложить не смогу (прошлый год поддался на уговоры и сходил), а просто слушать? Да и вопрос к кому примкнуть — к группе по профильным предметам или одноклашкам по общеобразовательным — пришлось бы решать. Я старался общаться и с теми и с другими, но, наверное, из-за того что и там, и там присутствовал лишь на части занятий, все равно был чужим. Поначалу это тяготило (разумеется, уже после того как я пришел в себя после приведших меня в школу событий), потом стало все равно.
Тьфу ты! Собирался же не думать об этом!
Но одна мысль по ассоциативному принципу цепляла другую и вскоре в памяти уже снова всплывали события четырехлетней давности.
