За окном уже смеркалось, и Наташа зажгла свет. Освещение комнаты было организовано снизу, вдоль всего периметра. Свет равномерно струился наверх по стенам, создавая романтичную атмосферу. Ванечка налил всем вина. Татьяна встала с кресла и стала ходить по комнате, держа в руке бокал.
–
А я сформулирую с юридической точки зрения – сказала она, – я в процессе проведения своих журналистских расследований поднаторела чуток: с точки зрения гражданского права залоговые аукционы обладают всеми признаками притворной сделки, осуществленной группой руководителей коммерческих банков с целью фактически бесплатного отчуждения у государства федеральной собственности. Во как!
–
Ну ты загнула! – с восхищением воскликнул Ванечка, – прямо как в суде.
–
Ну а ты как думал! – Опыт, – сказала Татьяна. – Ну понятно, что правовая основа для приватизации создавалась не местечковым образом, а централизованным. Всегда, если кто-то отхватил большой кусок пирога и не хочет делиться найдется кто-то другой, который захочет попросту отнять хотя бы часть. Для того чтобы вновь все переделить потребуется новая законодательная база, я так понимаю. Надо сначала объявить указ президента, согласно
которому производился дележ, незаконным, а это значит, что президент предстанет в очень неблагоприятном свете, что, скорее всего, подорвет доверие к символу власти как таковому – вряд ли это скоро произойдет. А вот провести расследование законности результатов приватизации – гораздо проще, что вовсю и делается. И наш порт не исключение, а страсти, которые вокруг него происходят, от того, что среди городских объектов он один из самых лакомых кусков. Грустно как-то становится. Как ты думаешь, Ваня, баня протопилась? – спросила Таня.
–
Давно уже, – можете идти. Ты как, Альбина? Присоединишься к девчонкам или с нами останешься?
–
С удовольствием с девочками схожу, – ответила Альбина, – а вы пока не скучайте.
–
Ну идите с богом, – благословил их Ванечка.
В бане.
Баня находилась в пристройке, в которую можно было пройти через анфиладу комнат левого крыла, и соединялась с основным зданием галереей. Она состояла из нескольких комнат: прихожей, которая вела в комнату отдыха с собственной маленькой кухней. Здесь можно было выпить чаю в мягких креслах в промежутках между посещениями парилки. В следующем помещении располагалась непосредственно парилка, в которой могли запросто поместиться несколько человек, и большой бассейн, не менее десяти метров как в длину, так и в ширину. Девушки разделись в прихожей и, накинув халатики, отправились париться. Когда Альбина сняла платье и осталась в нижнем белье, Таня вдруг почувствовала, что она ей нравится. «Что за черт! – подумала она с ужасом, – нет, не может быть, просто мне понравилось, как она себя держит, искренность ее. Я-то ожидала увидеть наглую бабищу, развращенную деньгами, а Альбина оказалась привлекательной интеллигентной девушкой. Интересно, что Наташка про нее думает?»
Скинув халатик, Наташа взяла полотенце из стопки около входа и первая вошла в парилку. Она постелила полотенце на верхнюю полку и быстро легла на спину, чуть согнув ноги в коленях и забросив руки за голову. За ней последовала Альбина и тоже заняла верхний лежак, но, в отличие от Наташи, легла на живот, открывая взорам девушки великолепно сложенную попку. Таня вошла последней, и, стараясь не глядеть на Альбину, чтобы не увеличивать возникшее вдруг возбуждение, легла внизу, оказавшись под Наташей и Альбиной.
– Хорошо! – воскликнула Наташа, – не жарко еще, можно постепенно привыкать.
–
Ой! – вдруг воскликнула Альбина и быстро соскочила на пол, – забыла цепочку снять, шею обожгла, – крикнула она и выскочила за дверь.
–
Как тебе она? – шепотом спросила Татьяна Наташу.
–
Классная тётка! – ответила Наташа, – умная и симпотная.
–
По-моему, очень сексапильна, не находишь?
–
Ну я с этой стороны не смотрела, – улыбаясь ответила Наташа, – давай потом – она сейчас вернется.
–
Чуть шею не спалила, – смеясь сказала Альбина, заходя обратно в парилку. – Все время забываю снимать ее, – ворча в шутку сказала она и снова укладываясь на живот на свое место.
–
А ты в комитете по внешним связям давно работаешь? – спросила Таня.
–
Три года уже, – ответила Альбина и приподнялась на локтях, одновременно поднимая ноги кверху, согнув их в коленях. Таня лежала внизу на спине, и когда Альбина оперлась на локти, ее взору открылась Альбинина грудь. «Прикольная у нее грудь, – мелькнуло в голове у Татьяны. На том месте где должны были находиться соски виднелись две маленькие щели – соски были спрятаны внутри. – Вот это да! Очень эротично! Черт, я такое только на фотках видела – интересно, если ее возбудить, соски появятся?», – завертелось у Тани в голове, а в слух спросила:
–
Ну и как? Хлопотно наверное?
–
Да нет – работа как работа – мне нравится.
–
То есть тебе совсем не скучно?
–
Да ты что! Вот скучать точно некогда. Ты знаешь, сколько я интересных людей повстречала за это время!
–
