Неделю назад я представлял бы, как врываюсь геройски в замок и спасаю Ларк от виселицы в критический момент. Меня мутило от мысли. Я потянулся рассеянно к си-оку Яно под рукавом, а потом к своему кольцу с печатью. Я спрятал кольцо глубже в карман туники, чтобы уличный вор не заметил и не потребовал его. Знак светлячка как на гербе моего отца, как на значке матери, как на кольце моей сестры. Эта печать была вместе с гербами озера Люмен, Сиприяна и Алькоро на письмах, которые мы посылали через пустыню, с писем весь этот бардак и начался. Я надеялся, что мне хватит власти, чтобы хотя бы приостановить казнь. А потом я как-то свяжусь с Ро или Кольмом в Каллаисе. Это было моей настоящей властью, быть проводником для голосов важнее моего.
Но сначала нужно вовремя попасть в Толукум.
Я ускорился.
38
Тамзин
Я проехала три города, когда первый день декваси угас. Я заработала неплохо за день, и деньги пошли на еду в каждом городе, а потом почтальонам, чтобы памфлеты разошлись во все деревушки, куда они ездили. Мои запасы кончались, оставалось около дюжины в седельной сумке, но почти вся работа была закончена. Мое сочинение расходилось, как побеги лозы.
Я сидела на крыльце в гостинице у перекрестков Берберри, южнее окраины Толукума, наслаждалась сырной булочкой, когда две фигуры на мулах выехали решительно на дорогу. Я не сразу их узнала, они странно кутались в плащи, хотя вечер был теплым. А потом я увидела край рапиры, выглядывающий из-под плаза, и посмотрела на их лица. Я удивленно опустила булочку. Они сначала не заметили меня, смотрели на табличку с указателями. Но Соэ посмотрела на гостиницу и опешила. Она позвала Яно, и, когда он увидел меня, он направил мула ко мне.
— Тамзин! — он перекинул ногу через седло и спрыгнул. В отличие от нашего прошлого воссоединения в Пасуле, когда он побежал ко мне и обнял, в этот раз он замер в паре шагов от меня. Как в Пасуле, он не знал, что сказать.
Я смотрела на него, а он — на меня, я будто видела его впервые. Три недели вдали от Толукума изменили его. Я начала возвращать свой вес, а он похудел, лицо осунулось. Его борода отросла, подчеркнула острую челюсть. На его лице и ладонях были царапины от тяжелого пути, и его волосы растрепались и спутались. Его одежда была простой и грязной, и его серьги пропали.
Соэ присоединилась к нему, вела обоих мулов.
— Тамзин, ты в порядке?
— Ага.
«Где Веран?».
— Он отправился вчера в Толукум, и мы больше о нем не слышали, — сказала она. — Ты слышала, что Ларк поймали?
Я мрачно кивнула.
«Я надеялась, что она сбежала, но когда ко мне пришел Крыс…».
Мы посмотрели на Крыса, вытянувшегося у моих ног.
«Как вы меня нашли?» — спросила я, хотя уже знала ответ.
Яно вытащил из кармана мой памфлет, сложенный пополам.
— Мы шли по твоему следу, — сказал он, звуча почти потрясенно. — Мы все утро искали тебя в лесу, а потом решили проверить новости в Великанше. А там все гудели из-за твоего сочинения. Мы спросили, куда ты уехала, и они указали на дорогу. Так было и в Пуритуке, Переходе Оссифера и Блу Джой.
Я посмотрела на мулов. Это были не те, которых использовала Соэ.
«Где вы их взяли?».
Яно вдруг стал замкнутым, почти смутился.
— Великанша.
Я прищурилась, не осмеливаясь верить.
«За что?».
— Один за мои серьги…
— Другого он украл, — сказала Соэ с гордостью в ее голосе. — Все организовал. Под носом хозяина.
Мой рот радостно открылся, и я использовала знак, которому меня научила Ларк во время нашего первого урока в доме.
«Ты разбойник!».
Он скривился и посмотрел на грязные сапоги.
— Я им отплачу. Но… что мне было делать? — он посмотрел на меня с болью. — Наши лошади пропали, твоя лошадь пропала, тебя или Крыса не было видно, и мы не могли вернуться в дом… когда мы поняли, что ты уехала, мы должны были следовать за тобой, — он взглянул на памфлет. — Но… не понимаю. Когда ты все это сделала? Как?
«Прошлой ночью, — сказала я. — Так же, как и первый».
— Где…
Я указала на Соэ.
— Но там были стражи.
«Я пришла туда позже, — сказала я. — Они ушли».
— Сколько ты напечатала?
Я махнула рукой.
«Около двух сотен».
Он смотрел, пытаясь понять, правильно ли понял мои знаки.
— Две… сотни?
«Я сделала бы больше, но печати ломались».
Яно осторожно перевернул страницу в руках, словно она была опасной, была осколком стекла.
— Я… не знал… Я думал, ты хотела писать без пера… Я не думал… как много…
Мои пальцы двигались резко, а с ними был оценивающий взгляд, который я не сдержала.
«Знаю».
Молчание было тяжелым. Соэ выдержала паузу и выпалила:
— Я напою мулов.
Она повернулась и повела их к поилке с другой стороны от крыльца, оставив меня и Яно наедине.
Тишина стояла пару мгновений. Он потер шею. А потом указал на памфлет.
— Ты все их отдала?
«Почти. Еще несколько…», — я указала на дорогу к Толукуму.
Он рассеянно прочел первые несколько строк, которые явно уже знал наизусть.
— В этом сила, Тамзин… люди ощутят это. Они уже ощущают это в городах, которые мы проехали. Если бы они знали, кем я был, меня поймали бы, — он пошелестел бумагой. — Ты дала им оружие.
«Я не жалею», — твердо сказала я.
