У лавры Троицкой, в слободке,Монах повадился ходить к одной молодке. Муж со двора, монах во двор. Зачем? Нескромный разговор.Одначе как-то муж все шашни обнаружил И, сцапав в добрый час духовного отца, Уж так-то, так его утюжил: С того и с этого конца!То видя, всплакалась соседка-богомолка:«Стой, стой, безбожник! Стой! С ума сошел, Миколка! Не тронь священного лица!»«Так я ж накрыл его с женою, шельмеца!»«Накрыл его с женой... Подумаешь — причина!Да ты б еще ценил, что, может, через год Вдруг женка даст тебе приплод,—И от кого приплод, пойми ты, дурачина: От ангельского чина!Вот с богомолкою подобной и толкуй.Не дай господь такой обзавестись хозяйкой! Заладит, что ни день, «Исаия ликуй!» С монахом снюхавшись, с Исайкой!
«ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ»
У батюшки Ипата Водилися деньжата.Конечно, дива тут особенного нет: Поп намолил себе монет!Однако же, когда забыли люди бога И стали сундуки трясти у богачей, Взяла попа тревога:«Откроют, ироды, ларек мой без ключей!»Решив добро свое припрятать повернее, Поп, выбрав ночку потемнее, Перетащил с деньгами ларь В алтарьИ надпись на ларе искусно вывел мелом:«Сей ларь — с Христовым телом». Но хитрый пономарь, Пронюхав штуку эту И выудивши всю поповскую монету,Прибавил к надписи: «Несть божьих здесь телес! Христос воскрес!»Что пономарь был плут, я соглашусь, не споря, Плут обманул плута — так кто ж тут виноват? Но я боюсь, чтоб поп Ипат Не удавился с горя.
