- Охотно бы поверил! - процедил мужчина и твердой рукой направил ее к выходу. - Только везде, где появляются твои "путешественники", появляются и разговоры о Руси Изначальной. Расползаетесь, как раковая опухоль... А Русь Изначальная - это, Ладочка, уже идеология, уже сфера нашей компетенции! Но ты топай, не оглядывайся. И готовься объяснять "где надо" технологию промывки мозгов, очень, знаешь ли, нас заинтересовала ее эффективность! Тебя что больше устроит - божественное вмешательство или гипнокодирование под нейролептиками? Нас-то в принципе любое объяснение устроит, если оно правдивое, а вот для тебя срок сильно варьируется в зависимости от выбора!
Он почти вытолкнул ее на улицу. Бабульки сопроводили действие одобрительными киваниями - мол, нашлась управа наконец-то на строптивую лошадку.
- Машины, - указал Константин. - Машины у вас - не закрываются! Посмотри! То стекло опущено, то багажник открыт!
- У нас не воруют, - напомнила она.
- Чтоб не воровали, людей надо запугать, - жестко сказал мужчина. - Сильно запугать! Убийствами, как в мусульманских анклавах. И мы это проверим, не сомневайся. Всё проверим: и "мертвяков", которых ты при мне завернула отсюда, и "упырей", которых гоняешь, по твоему же признанию - всех! И если что-то всплывет такое... Лада, убийства людей - это убийства! Тебе не отвертеться!
- Ты чего на женщину орешь? - возмутился проходящий мимо невзрачный мужчинка. - Спокойно говорить не можешь?
- Тебя не спросили, ушлепок! - с безграничным презрением отозвался Константин. - Шел? Иди дальше!
Рабочий в оранжевой куртке бросил подстригать кусты, подошел и протянул прохожему руку:
- Привет, земеля. Чего ему?
- На женщину орет.
- По башке выпрашивает, - спокойно заключил рабочий.
- Все в порядке, ребята, - сказала она с усмешкой. - Семейная сцена.
- Семья - это взаимоуважение! - сказал прохожий и нервно поправил очки. - Орать-то зачем? Силы много? Так сила у скотины важна.
Остановился еще один прохожий. И еще один...
- И это тоже, - усмехнулся ей Константин. - Телохранители, да? Лада, тебе не отвертеться!
- Ребятам просто не нравится твое скотство! - не выдержала она. - Извинись за ушлепка и иди отсюда, пока от меня не схлопотал! Будь человеком!
Что-то прозвучало в ее словах. Как будто переливами обертонов окрасились звуки. Как будто модальности задрожали радугами и поплыли.
- Извинись! - сказала она певуче.
Константин покрутил головой. Коротко кивнул прохожему, мол, упрек принял к сведению, и забрался в свою машину. Она сердито устроилась рядом.
