Не нужно быть языковедом, чтобы узреть сходство в имени Волка и «скотьего бога» Волоса (или Велеса). Известно, что жрецы этого бога носили в качестве «форменной одежды» волчьи шкуры. Да и некоторые из русских князей, не чуждые, если верить легендам, волшебных умений, могли обращаться в волков, подобно тому, как сказочный Волк обратился в Елену Прекрасную. Речь идет о былинном князе Вольге Всеславиче:
Много раз — и в разных смыслах — волк упоминается в «Слове о полку Игореве»: первый смысл — певец Боян сравнивается по быстроте мысли с серым волком и сизым орлом; второй — князь Всеволод сравнивает с волками своих закаленных воинов: «А мои ти куряни сведоми къмети… сами скачють, акы серый влъци в поле, ищучи себе чти, а князю славе»; третий — волчий вой предвещает беду войску Игоря; четвертый — половецкие ханы Гзак и Кончак сравниваются с серыми волками, которые, кружа, подбираются все ближе к русскому воинству, готовятся внезапно напасть; пятый — коварный князь Всеслав Брячиславич, князь из города Полоцка, сравнивается по скорости своих перемещений с волком; шестой — упоминание об оборотничестве этого князя (как у былинного Вольги): «Всеслав князь людем судяше, князем грады рядяше, а сам в ночь влъком рыскаше: из Киева дорискаше до кур Тмутороканя, великому Хръсови влъком путь прерыскаше». В стихотворном переводе Николая Заболоцкого на современный язык это звучит так:
В этом переводе Всеслав блуждает ночью в тумане не в шкуре волка, а — «словно волк». В подстрочном переводе смысл первоисточника сохраняется лучше:
Уже цитированный нами «отец истории» Геродот подчеркивал неразрывную связь невров (академик Борис Рыбаков считал невров славянами), живущих на северных границах скифского мира, с волком: «Эти люди, по-видимому, колдуны… Каждый невр ежегодно на несколько дней обращается в волка, а затем принимает человеческий облик».
По этому поводу Николаева и Сафронов пишут: «Змей Огненный Волк в сербском эпосе — предводитель дружины. Его редкое сходство с Всеславом-Волхвом и развивающим этот сюжет князем Всеславом Полоцким восходит к эпохе общеславянского единства и к мифу той эпохи о князе — предводителе дружины, у которого с рождения обнаруживаются знаки волшебной власти.
Сюжет о Волхе Всеславьевиче (реже — Вольга Буславлевич или Святославьевич) и его походе в Индию принадлежит архаичному слою в русском былинном эпосе. Обернувшись волком, он бегает по лесам и «бьет звери сохатые». Доходит до столицы «индийского царя», превращает своих воинов в муравьев и неожиданно захватывает город. В образе Волха Всеславьевича отразился славянский бог Волос-Велес, в котором есть тоже змеиные черты. Получается сочетание аналогичное Змею Огненному Волку».
Хотелось бы упомянуть и о Егории волчьем пастыре, о ко тором написал в одном из своих ранних стихотворений Алексей Николаевич Толстой:
