Несмотря на свою неудачу, призыв Бетерса сыграл известную роль в Германии, вызвал множество журнальных и газетных статей, обсуждавших этот вопрос. В переданной мне коллекции имеется до десятка агитационных статей самого Бетерса, помещенных в общей прессе различных направлений. Наряду с резко отрицательной критикой проекта, не мало было и авторитетных голосов психиатров, педагогов и гинекологов, высказывавшихся в пользу стерилизации. Оживленному обсуждению подвергли этот вопрос и криминалисты на съезде, состоявшемся в сентябре 1926 г., высказавшись, однако, против стерилизации. Характерно в этой полемике указание на то, что фактически уже и теперь стерилизация применяется в Западной Европе довольно широко и притом не по одним только медицинским показаниям. Берлинский профессор-гинеколог Дюррсен в своей статье «Zur Reform des Sexualstrafrechts» (1926) сообщает, что стерилизация женщин применяется им с 1899 г., причем ему удалось найти технически усовершенствованный оперативный прием для нее. Он высказывается за возможность применения ее не только в тех случаях, когда дальнейшие беременности должны быть безусловно предупреждены в интересах здоровья и жизни женщины, но и по экономическим основаниям (многодетность, изнурение сил матери-пролетарки и пр.). Такого же взгляда придерживается и цитируемый им видный германский акушер Дедерлейн. Бетерс сообщает о неоднократном применении стерилизации в Цвикау в учреждениях для слабоумных детей. В одном из тюрингенских лечебных учреждений в течение двух лет было стерилизовано 22 женщины и 3 мужчины при выпуске в целях предупреждения нежелательного с евгенической точки зрения зачатия. При туберкулезе женщины стерилизация является довольно частой операцией. Один видный дрезденский врач сообщает, что в течение 5 лет практики он произвел свыше 100 таких операций с хорошим исходом. Особенно распространена стерилизация женщин за последние годы в Париже. Поскольку речь идет о добровольной стерилизации, ни среди врачей, ни среди юристов не возникает сомнений о ее допустимости. Несколько более спорным явился лишь вопрос о допустимости ее с согласия законного представителя при малолетстве или невменяемости самого стерилизуемого. В целях устранения сомнений в этом вопросе саксонское правительство в 1925 г. внесло предложение в имперское ведомство юстиции дополнить вырабатываемый ныне в Германии проект уголовного уложения статьей следующего содержания: «Не является наказуемым телесным повреждением производство врачом операции стерилизации над лицом, страдающим душевной болезнью или душевным расстройством, могущим быть приравненным к ней, или тяжкими наследственными предрасположениями к преступности, если операция производится с заключения двух официально уполномоченных врачей о том, что с большою вероятностью можно ожидать от такого лица наследственно-отягощенного потомства. Операция должна производиться с согласия лица или, если оно является недееспособным, с согласия законного представителя; в обоих случаях требуется также согласие опекунского суда. В качестве эксперта могут быть приглашаемы лишь психиатры или врачи, сведущие в евгенике и расовой гигиене». Постановление это не было воспринято официальным проектом 1925 г., однако в ст. 238 последнего мы находим общую формулировку: «Операции и способы лечения, соответствующие обычаю добросовестного врача, не являются телесными повреждениями или недозволенными насилиями с точки зрения настоящего закона».
