Путь абортов является не единственным путем, который был признан ведущим к сокращению народонаселения. В 1920 г. известным криминалистом Карлом Биндингом и врачом Хохе была издана вызвавшая большой шум книга об уничтожении «неценной в жизненном отношении» жизни[17]. Авторы ее рекомендовали безболезненное уничтожение лиц, страдающих идиотией, тяжкими душевными болезнями, неизлечимо больных, считали допустимым применение евтаназии в целях сокращения мучений и т. д. В литературе нашлись приверженцы этих взглядов, и предложение серьезно обсуждалось в ряде организаций.
Постепенно вводится в практику и стерилизация, причем далеко не по одним только евгеническим показаниям. Уже проект рейхсканцлера от 4 июля 1918 г., о котором мы упоминали, специально упоминал об «обеспложивании» (Unfruchtbarmachung), приравнивая эту операцию к аборту. Он, однако, не осуществился, и операция стерилизации, производимая по желанию пациента, остается безнаказанной. Отношение к стерилизации дефективных индивидов (идиотов, душевнобольных, эпилептиков, преступников) за последние годы значительно изменилось в сторону признания допустимости этой меры даже в принудительном порядке. Видный юрист-практик Эбермайер, председатель комиссии по выработке проекта Угол. Улож. 1913 г., ныне относится уже благосклонно к стерилизации по евгеническим показаниям. В защиту ее (при соблюдении известных гарантий) выступает и д-р Фридрих Ленне в своей недавней книге[18]. Особенно сочувственное отношение к себе практика стерилизации встретила в Саксонии. В 1922 г. здесь обсуждался в правительственных кругах проект ее легализации. В 1923 г. саксонский правительственный медицинский советник д-р Бетерс[19] представил правительству записку о необходимости планомерного проведения стерилизации идиотов и слабоумных и обратился к представителям врачебной профессии с воззванием применять эту меру, по возможности, во всех случаях, когда к этому представится возможность. По его побуждению, целый ряд операций стерилизации был проведен в больнице для душевнобольных и идиотов в Цвикау. Директор больницы формально опирался при этом на согласие, полученное от родных или опекунов пациентов. Против закономерности этой операции, даже с согласия законных представителей больного, выступил в литературе профессор-криминалист Геймбергер, укавший, что опекун, действующий исключительно в интересах подопечного, не в праве давать своего согласия на производство такой операции, которая нужна в интересах не самого больного, а по евгеническим соображениям. Геймбергер считал, что саксонская прокуратура должна была бы привлечь виновников операции к ответственности за телесное повреждение[20]. С защитой противоположного мнения выступил д-р Денов из Гамбурга[21], который отстаивает допустимость стерилизации по желанию не только пациента, но и его законных представителей, считая, однако, полезным истребование в каждом отдельном случае предварительного заключения компетентного врачебного или евгенического учреждения.
Таким образом, проблема перенаселения в связи с тяжелыми материальными условиями приводит Германию к различным мерам сокращения рождаемости[22]. Проекты обратного характера показались бы здесь чудаческими.
В Австрии проект о безнаказанности аборта, если он произведен врачом с согласия беременной в течение первых трех месяцев беременности, был внесен в законодательное собрание депутатом Адельгейдом Попп в январе 1921 г.; он, однако, не встретил широкого сочувствия[23]. Напротив того, в Венгрии при кратковременной диктатуре коммунистической партии весною 1919 г. Единственным декретом, который успел быть издан в области общеуголовного права, явился декрет революционного правительства об отмене наказуемости за аборт[24].
