Волга теперь принадлежала ему от истоков до устья. На руинах ханского Сарая Иван водрузил свой бунчук. После этого по одному, по два, мелкими ордами и племенами под власть Москвы стали переходить кочевники с земель нынешнего Казахстана. Рано овдовев, Иван женился на кабардинской принцессе, и вскоре московские чиновники уже обкладывали данью племена Кавказа. Под конец татарский род Строгановых нанял казачью орду некоего Ермака, чтобы те разгромили последнего Иванова конкурента – самозваного хана Кучума. Напомню: казаками в те годы называли не то, что принято сегодня, а мелкие отряды степных кочевников – именно от этого слова происходит современное название «Казахстан».
После похода Ермака земли Золотой Орды наконец были объединены – от Кавказа до Сибири. Величие Батыевой державы было восстановлено. Непокорным оставался Крым, но это были уже нюансы. В целом именно при Грозном моя страна стала самой собой. За следующие пятьсот лет в ней очень мало что изменилось.
Дозвониться мне удалось только к полудню. Профессор Михайличенко сказал, что я могу приезжать. Полчаса на метро, минут двадцать пешком через кладбище, по лестнице на второй этаж, постучаться в дверь:
– Вы позволите?
– Да, проходите, пожалуйста.
Профессор был высоким, сухопарым. Улыбался он, будто немного стесняется. Сразу и не догадаешься, что на жизнь этот человек зарабатывает, препарируя недавно умерших людей. Или не недавно. Было время, когда Борис Валентинович входил в спецгруппу по комплексному исследованию нетленных мощей Киево-Печерской лавры. Поздоровавшись со мной, он вышел из кабинета и принес из другой комнаты старую бумажную папочку.
– Здесь все материалы. Вскоре после окончания работ руководительница нашей группы умерла. Еще через некоторое время скончались и все другие члены той комиссии. С тех пор я эту папку даже не открывал. Господи, сколько пыли!
В папочке лежали через копирку отпечатанные на машинке медицинские справки. Я взял почитать одну. Там очень канцелярским языком говорилось, что исследованию было подвергнуто тело, предположительно принадлежавшее Илье по прозвищу «Муромец». В графе «Год рождения» стоял прочерк. В графе «Место рождения» значилось «предположительно село Карачарово».
– Ну а что-нибудь конкретно удалось установить?
– Много чего. Например, былины утверждают, что Муромец тридцать лет просидел на печи. Не знаю насчет тридцати лет, но, судя по состоянию позвоночника, двигаться этот человек какое-то время явно не мог.
– Да?
– Еще в боку у него есть рана. Здоровенная дыра от зазубренного колющего оружия. Он пытался прикрыться рукой, но оружие пробило и руку и грудь. Скорее всего, это было копье. От этой раны человек и умер. Кроме того, по черепу было восстановлено лицо. Мы смогли выяснить, как конкретно выглядел богатырь.
– Да, я видел реконструкцию. Такой бородатый мужчина с носом-картошкой.
– Нет, бородатым он точно не был. Да и нос у него довольно тоненький.
– Не был бородатый? Но раньше, я так понимаю, все носили бороды.
– А этот не носил. Можете мне поверить, ведь я держал то, что осталось от его головы, вот этими руками. Бороды русские ведь стали носить, лишь оказавшись под властью мусульман. В Древней Руси брились почти все.
Я подумал над тем, что сказал профессор.
– Столько лет прошло. Может, борода просто сгнила?
– Волосы не разлагаются. Если бы борода была, то она бы сохранилась. У Ивана Грозного, например, сохранилась. И у лаврских монахов тоже.
– Мне как-то трудно представить богатыря Илью Муромца с бритвой перед зеркалом.
– Тем не менее так, скорее всего, это и выглядело. Богатырь намыливал щеки и скоблил их бритвой. У меня, кстати, есть его фотографии. Хотите посмотреть?
Профессор вынул из внутреннего кармана пачку старых фото. На карточках был изображен прикрывший глаза богатырь Илья Муромец. Действительно гладковыбритый. Святой русской церкви и герой народных песен. Выглядел он ужасно усталым.
Лет пять назад, когда я только-только начинал всем этим заниматься, кто-то из экспертов рассказывал мне:
– «Черные» археологи ведь только называются археологами. А по сути это гробокопатели. Уроды без стыда и совести. В заброшенных деревнях, если на кладбище придешь, то шагу ступить невозможно: все кости вытащены из могил и разбросаны. Да и в незаброшенных деревнях тоже. Как можно называть археологами людей, которые плоскогубцами выдирают у покойников золотые коронки? Драгметаллы в переплавку, хорошо сохранившиеся черепа – на сувенирные пепельницы.
Теперь я стоял на Рюриковом городище под Новгородом. Если бы я не был на сто процентов уверен, что передо мной вполне официальная экспедиция во главе с замдиректора главного археологического института страны, то решил бы, будто как раз на лагерь гробокопателей и нарвался. Раскоп начинался в полуметре от современного деревенского кладбища. Здоровенная ямища, забытые с вечера лопаты, а сразу за ними – ажурные оградки и венки «Незабвенной бабушке Марусе».
