Альберт кивнул охраннику. Тот указал рукой, чтобы Альберт отошёл, и начал отвязывать Аурея от щита. Лишь снова сковав его цепью, охранник разрешил Альберту подойти.
— Вы смотрите, — сказал Аурей, смотря на часы. — Без пяти шесть… Пять минут осталось.
— До чего?
— До шести часов. Вы поймёте, доктор. Подумать только, как много времени прошло… в моей голове такая тишина… Я не чувствую того, что было там раньше, доктор. Я не верю.
— Не верите? В смысле…
Аурей промолчал, щурясь, глядя на свои закованные руки.
А потом внезапно заговорил:
— Он сказал мне, что мог бы и остаться, но уйдёт.
— Кто, он?
— Голос, доктор. Он сказал, что вы хотели бы знать… Этот голос, который я слышал. Это был голос Бога, доктор Горовиц. И я слышал его всегда.
— Всегда?
Альберт опешил и поймал такой же удивлённый взгляд охранника.
Неужели стирание не сработало?
Аурей продолжал говорить:
— Всё время, что вы приходили ко мне, я его слышал. Думаете, всё это время, я так внимательно слушал вас? Я слушал его, доктор. Он говорил мне о том, что вы хотите знать, о том, что… ох, осталась минута до шести часов… Знаете, даже в последнюю нашу встречу, помните? Он сказал мне, что Антон Пилипчик будет очень недоволен. Кто такой Антон Пилипчик, доктор?
У Альберта внутри похолодело. Он замер, не в силах что–то сказать.
Охранник, подошел к Адкинсу и взял его за воротник.
— Ну, ты! Замолчи!
Аурей повернул лицо к Альберту.
— Я и в самом деле больше не верю. Хотел бы, да не могу. Пять секунд, доктор.
Альберт отсчитал их про себя.
А потом свет померк. Утробный звук пошёл откуда из глубин земли, всё затряслось, задрожало. Стены Оак Мэдоу завибрировали, с потолка посыпалась штукатурка.
— Что происходит?!
Ни Альберт, ни Аурей на крик охранника не ответили, и тот выбежал наружу.
Альберт стоял, не в силах двинуться с места.
Здание ходило ходуном.
— Удержите вашу жену здесь, доктор.
— Откуда вы…
— Он сказал перед тем, как уйти.
В комнату вбежала Лин.
— Что происходит?! Уходим скорее!
— Нет! — прокричал Аурей, почти неслышимый из–за шума. — Не уходите!
— Альберт!
Альберт взял жену за руку и посмотрел ей в глаза.
— Лин, — сказал он, но ничего больше сказать у него просто не получалось. — Лин…
Она его поняла. Пару раз дёрнулась, пытаясь выпорхнуть из комнаты силой, а потом подошла к нему и обняла, коснувшись мокрой от слёз щекой его уха.
Всё тряслось, и здание тоже, вот–вот готовое развалиться. Но даже шум землетрясения смог заглушить другой шум, другой треск — звук крошащихся кирпичей и чей–то рёв.
Альберт закрыл глаза и прижал жену покрепче, готовясь умереть. Но рёв утих, повеяло свежим воздухом, кожу лица Альберта закололо падающими снежинками.
Открыв глаза, Альберт посмотрел вверх, и не увидел потолка. Его не было. Над Оак Мэдоу стояло невиданных размеров чудовище, которое сорвало с учреждения крышу, вместе со вторым этажом, и откинуло её в сторону.
Альберт смотрел во все глаза, но не смог бы описать это чудовище при всём желании. Оно преображалось каждую секунду. Волосатые козлиные ноги превращались в человечьи, а те — в щупальца, после оно становилось чем–то и вовсе невиданным, каким–то дымным силуэтом, а потом снова перетекало во что–то более привычное глазу. На фоне потемневшего неба и полной Луны, чудище казалось ненастоящим, красочным аттракционом, иллюзией.
Чудовище занесло ногу над тремя людьми под ним, и Альберт готов был уже оттолкнуть жену дальше, что та хотя бы попыталась сбежать, но нога не пошла вниз, пролетела над ними.
Монстр просто сделал шаг, громоподобный, оглушающий. Переступил Оак Мэдоу. И пошёл дальше.
— Что это… — прошептал Альберт. — Это… это…
— Я бы ответил вам ещё полчаса назад, — сказал Аурей, пожав плечами. — А теперь не могу. Может это моя галлюцинация? Наша галлюцинация? Я больше не могу верить в Бога, доктор Горовиц. Здравствуйте, Лин.
Лин всхлипнула сильнее.
— Откуда… — Альберт осёкся. — Как же. Голос.
— Голос… Охранник унёс с собой ключ… Впрочем, какая разница. Тут–то нам лучше, чем там, куда оно двинулось.
Они прошли к обвалившейся стене, Аурей, Лин и Альберт. Было видно, как чудовище, вдавливая ноги в землю, круша постройки и ломая деревья, движется к Куара–Нуво. Несмотря на медлительность шагов, чудовище быстро отдалялось, и вскоре уже стало невозможно за ним наблюдать оттуда, где они стояли.
— Доктор Горовиц, здесь есть место, откуда его видно.
Альберт сразу понял о чём речь.
— Хорошо…
Лин, немного успокоилась и следовала за ним индифферентно, почти безразлично. Аурей двигался медленно, из–за наручников и прочей навешанной стали.
— Это комната охраны, — сказал Альберт, открывая дверь. — Аккуратнее, тут скользко, пол из пластмассовых плит…
Он провёл Аурея и Лин к заднему дворику, где курили охранники. Выпуская Лин, Альберт вспомнил ещё кое–что. Вернувшись назад в комнату, он наклонился, почти нырнул под скамейку.
Коробка, полная пива, осталась на месте. Альберт взял три банки и вышел во дворик.
