СВЕРЧКОВ. КаПэ… эсэсссс… (Артистически свистит.) Сойдет? (Это он спрашивает зал.) Сойдет. Наш народ любит художественный свист.
СТЕКЛОТАРОВ (доволен своим любимцем). Умеет работать на публику!
ХИМИКАТОВ (не без ехидства). Умеет работать? Ну что ж: так тому и быть. (Ставит на стол перед Сверчковым табличку: «Рабочий-каменщик».)
СВЕРЧКОВ. Я — рабочий? Я!
МИЗИНЧИКОВА (ехидно). А вы хотели в эпоху построения остаться интеллигентом? Чтоб опять кукиш в кармане держать?
СВЕРЧКОВ. Да пожалуйста, могу (по-гамлетовски акцентирует) быть… и каменщиком. Но учтите: теперь вместо интеллигентского кукиша в кармане… у меня будет… пролетарский камень за пазухой. (Занимает свое место и указывает на другую табличку.) «Отделочница»? (Мизин-чиковой.) Опять мы смежники. Справитесь?
МИЗИНЧИКОВА. Вы намекаете на моего первого мужа? Да он дешево от меня отделался. Остальных я отделала под орех.
СВЕРЧКОВ. И под каблук, и под долговую яму. (Заметив, что Химикатов успел занять место с табличкой: «Зам».) Зам по злодейству?
ХИМИКАТОВ. В жизни это называется: по производству.
СТЕКЛОТАРОВ. А куда, интересно, меня построят?.. Или пристроят? Или приткнут? (Перед ним появляется табличка, он читает ее.) «На-чаль-ник…» В смысле — шеф? Но я же мудрец. Зачем шефу быть мудрецом? И так хорошо.
СВЕРЧКОВ. С другой стороны, эпоха построения наверняка много чего намудрит.
СТЕКЛОТАРОВ. Ну что ж, давайте помудрим… Что у нас получается? Фокус-мокус, как в жизни. Правильно поняли: были гробокопатели, стали созидатели… Свистим на пять октав. В смысле — система наша на пять с плюсом… Вместо кукиша — кирпич. То бишь интеллигентов больше не держим… Вроде ку. Что еще?
СВЕРЧКОВ. Хорошо бы еще выяснить, что представляет собой конкретно самая-самая система, которую нам предстоит показать во всей красе.
МИЗИНЧИКОВА (листает учебник). Уже ищу.
СТЕКЛОТАРОВ (размышляет). Если как в жизни, как в театре-их… Вспомнил! Во времена оны я целый сезон был в роли директора столовой. Так вот, вверенное мне предприятие, как и все во времена оны, работало по системе… Сейчас скажу… Бл… бл… а в конце буква «я»…
МИЗИНЧИКОВА. Сейчас ляпнет!
СТЕКЛОТАРОВ. Бл… бл… я.
ХИМИКАТОВ. Тс-с. А то обыватели разнесут по всему свету, будто наша великая держава… (Шепчет что-то на ухо Стеклотарову.)
СТЕКЛОТАРОВ. Фу на вас! Как вы могли подумать такое? Такой задней мысли у меня даже в седалищном нерве нет. Просто у меня вставная челюсть. И дикция иногда того… Не б-бл, а (старательно выговаривает) п-пл. Как из автомата. Пл-пл-пл… и всё в меня… в смысле — последний «я».
МИЗИНЧИКОВА (листает книгу). Пятилетний пл… ан, пл… ановое задание, пл… ановые показатели… Наверное, и система пл… ановая?
СТЕКЛОТАРОВ. Ну конечно! Я же помню: кормили мы по пл-пл-плану. В ресторане «Интурист» — ешь что хочешь. А у нас — что дадут… В смысле — комплексный обед. Первое, второе, третье…
МИЗИНЧИКОВА. Теперь переводим на язык сцены. Что такое в сущности спектакль? Завязка, интрига, кульминация, развязка. Иначе говоря, сюжетно-фабульный план.
СТЕКЛОТАРОВ (продолжает вспоминать). Борщ по-украински, макароны по-флотски, компот по-сызрански. В праздничные дни — пирожное типа «наполеон».
СВЕРЧКОВ. По-нашему: счастливый конец… Вот вам и сценический шедевр! Любая кухарка состряпать может.
СТЕКЛОТАРОВ. Ослабьте, Сверчков, а то быстро язву схлопочете.
ХИМИКАТОВ (указывая на учебник). Уточняю официальную цитату: «Любая кухарка может управлять государством».
СТЕКЛОТАРОВ. Вот это сибирская чесотка!
ХИМИКАТОВ (с пафосом). Да, не зря мы с вами отреклись от нашего боженьки-творца Шекспира и свергли всех царей старой сцены. Теперь на этих подмостках хозяева — мы! Кто был никем, стал — всем!
МИЗИНЧИКОВА. Какой хотим спектакль, такой и сотворим!
СТЕКЛОТАРОВ. А как же это… которое от слова «вдох-выдох»? Ага, вдохновение… Они ведь, мировые классики-то, всегда творили по вдохновению свыше.
ХИМИКАТОВ. А мы — по указанию сверху. Вдохновение свыше то есть, то его нет. Указания сверху были, есть и будут постоянно. (В руках у него — папка с документами ЦУК.) Постановление одна тысяча первое, одна тысяча второе, одна тысяча третье… Тс-с! Воссоздаю образ танцующего верблюда. Озаряюсь светлой новаторской мыслью. Анкор! (Что-то пишет на бумажке Стеклотарову.) Огласите как мудрец.
СТЕКЛОТАРОВ (читает). Наш лозунг: «Догнать и перегнать!» Хорошая мысль. Как в зале лечебной физкультуры. А кого мы будем по-чемпионски?.. Как эти… которые палками друг друга толкают и еле дышат… ага, лыжники…
