Любого человека кто-то должен любить. Хотя бы кто-то один. Любовь - это... Я вам расскажу, что это такое... Он болеет туберкулезом, они все в тюрьме болеют туберкулезом. От плохой еды, от тоски. Мне подсказали, что надо собачий жир. Ходила по деревне, спрашивала. Нашла. Потом узнала, что барсучий жир лучше помогает. Купила в аптеке. Дорогущий! Нужны еще ему сигареты, тушенка... Я устроилась на хлебозавод, там зарплата получше, чем была у меня на ферме. Работа тяжелая. Старые печи так раскаляются, что мы снимаем с себя все, ходим в лифчиках и трусах. Таскаю мешки с мукой по пятьдесят килограмм, носилки с хлебом по сто килограмм. Пишу ему письма каждый день.
Эписодий II
- Вот она такая... - продолжает Ира Васильева. - Мгновенный, стремительный человек... У нее внутри клокочет, ей всего быстрее хочется. Все чрезмерно, бьет через край. Мне соседи рассказывали... Шли через деревню таджикские беженцы, у них очень много детей, они голодные, раздетые, так она вынесла им из дома все, что могла: одеяла, подушки... ложки... "У нас слишком все хорошо, а у людей ничего нет". А у самой в избе: стол, стулья... Можно сказать, нищета. Питаются с огорода - картошка, кабачки. Пьют молоко. "Ничего, - успокаивала она мужа и детей, - осенью дачники уедут, оставят нам что-нибудь". Там летом живут москвичи, места же обалденные, много художников, артистов, все брошенные дома раскуплены. За дачниками подбирают все, вплоть до полиэтиленовых пакетов. Деревня нищая, стариковская, спивающаяся... Еще был случай... У подруги родился ребеночек, а холодильника нет. Лена отдала им свой: "У меня дети уже выросли, а тут младенец". Все! Забирай! У человека ничего нет, а получается, много чего можно отдать. Это тот русский тип... тот русский человек, про которого Достоевский писал, что он широк, как русская земля. Не изменил его социализм, не изменит и капитализм. Ни богатство, ни бедность. Сидят под магазином мужики, сообразили на троих. За что пьют? Тост: "Севастополь - русский город! Севастополь будет наш!". Гордятся, что русский может выпить литр водки и не окосеть. Про Сталина помнят одно, что при нем они были победители...
Все это хотелось снять... Я сама себя останавливала, боялась, что куда-нибудь утянет так, что не выберешься... Каждая судьба - голливудская история! Готовый сюжет для фильма. Например, о ее подруге Ире... Бывшая учительница математики, она ушла из школы из-за нищенской зарплаты. У нее трое детей, они просили: "Мамочка, пойдем к хлебозаводу. Понюхаем хлебушка". Ходили вечером, чтобы люди не видели. Теперь Ира работает на хлебозаводе, как и Лена, и она рада, что ее дети хотя бы хлеба вдоволь поедят. Воруют... Все там воруют, только благодаря этому выживают. Жизнь чудовищная, нечеловеческая, а душа живет. Послушали бы вы, о чем эти женщины говорят... Не поверили бы! Они говорят о любви. Без хлеба можно прожить, а без любви - никак... конец... Ира читала письма, которые приходили Лене от ее зэка, и сама загорелась. Нашла в ближайшей тюрьме какого-то карманника. Тот быстренько освободился... Дальше история развивалась по законам трагедийного жанра... Клятвы в любви до гроба. Свадьба. Скоро этот Толя... Толян... запил. У Иры уже было трое детей, она еще двоих от него родила. Он буянит, гоняет ее по деревне, а утром протрезвеет и бьет себя пяткой в грудь. Кается. Ира... она тоже красавица! Умница! Но все равно мужик наш так устроен, что он - царь зверей...
А теперь надо рассказать вам о Юре... Это муж Лены... В деревне его зовут "читающий пастух", он пасет коров и читает. Я видела у него много книг русских философов. С ним можно поговорить о Горбачеве и о Николае Федорове, о перестройке и о человеческом бессмертии... Другие мужчины пьют, а он читает. Юра - мечтатель... созерцатель по натуре... Лена гордится, что он кроссворды молниеносно разгадывает. Но Юра маленького роста... В детстве он очень сильно рос... Когда он был в шестом классе, мама повезла его в Москву. Там ему сделали какой-то неудачный укол в позвоночник. И он расти совсем перестал - один метр пятьдесят сантиметров. Правда, красивый мужчина. Но рядом с женой он - карлик. В фильме мы старались, чтобы зрители этого не заметили, я просила, умоляла оператора: "Ради бога, придумай что-нибудь!". Нельзя было дать обывателю простой разгадки - от карлика она ушла к красавцу-супермену. Обыкновенная баба! А Юра... он мудрый, он знает, что у счастья много красок. Он согласен, чтобы Лена была рядом с ним на любых условиях, пусть она уже не жена, но друг. С письмами из казенного дома к кому она бежит? К нему... Вместе эти письма читают... У Юры сердце кровью обливается, но он слушает... Любовь долго терпит... любовь не завидует... не ропщет и не мыслит зла... Все, конечно, не так красиво, как я сейчас рассказываю... Их жизнь - не розовый пузырь... Юра хотел застрелиться... уйти куда глаза глядят... Там были реальные сцены с кровью и плотью. Но Юра ее любит...
Монодия Кадма. О созерцании
- Я ее всегда любил... Со школы. Она вышла замуж и уехала в город. А я ее любил.
