Русская правда. Устав. Поучение полностью

Н. И. Хлебников для объяснения закупничества выдвигал положение, что «XII век был тем веком, когда страсть к заселению пустых пространств и вообще к распространению земледельческой культуры была общей»; проявление этой «страсти» Хлебников иллюстрировал «заботливостью дружины об успехах жатвы» (Лаврентьевская летопись, под 1103 г.), указывающей на то, «как стали ценить земледелие те лица, которые еще недавно думали только о походах и битвах», хотя, «конечно, переход массы народа в колонистов на землю бояр начался ранее времен Владимира [Мономаха]»: «опустошительные набеги половцев, а также бесконечные усобицы собственных князей не могли не повлечь за собою страшного обеднения большинства населения, которое, не будучи в состоянии завести собственное хозяйство, поневоле стремилось на земли богатых людей», а те «стремились превратить их в настоящих рабов».

«В это время Владимир [Мономах], по настоятельному требованию озлобленных киевлян… взял на себя кормило правления», и «самым серьезным делом Владимира было – определить отношения землевладельцев к тем свободным людям, которые, не имея имущества, занимали деньги под обеспечение собственной особы. Само слово “закуп”, употребляемое в отношении к этим людям, указывает, что они были уже полупроданы. Трудность закона заключалась в том, чтобы… обе стороны, т. е. землевладелец и закуп, были по возможности удовлетворены». В результате – «закон… восставал всею своею силою против злоупотребления землевладельцем в отношении несчастного, но свободного человека»[235], но и «не возвышался до того, чтобы не допускать никаких патриархальных отношений между закупом и хозяином».

Особняком и мимоходом у Хлебникова, однако, была брошена мысль, что лица, «которые через закупничество переходят в крепость, влекут за собою и земли», и он был «склонен думать, что само количество свободных земель, как и свободных людей, в эту эпоху постоянно уменьшалось» [91; с. 239–243 и 281].

С. В. Вёдров: «Положение смерда по Правде хуже, нежели даже положение ролейного закупа… Судя по статьям о закупе… в случае убийства его, вероятно, действовало правило: “якоже в свободнем платеж, тако же и в закупе” (ролейном)… Закуп – это “земледелец, не обладающий собственным участком и нанимающийся работать за известную плату на землях частных землевладельцев. Часть платы при этом выдавалась на руки закупу вперед, и закуп находился вследствие этого в известной зависимости от своего господина и как бы состоял его должником… Закон старается оградить личность закупа даже от личных оскорблений… Это постановление ставит, по крайней мере de jure, закупа выше смерда, которого могли бить по “княжу слову” сколько угодно без всякой ответственности» [21; c. 67–68].

Владимирский-Буданов: «Обильным источником холопства служил первоначально договор займа, который, впрочем, вел к нему не прямо, а косвенными путями и особенно своим неисполнением. Заем в древнее время обыкновенно обеспечивался личным закладом (т. е. закладом личности должника кредитору). Таким образом и устанавливалось временное холопство, именуемое в земский период закупничеством, а в Московском государстве – служилою кабалою. Закупничество продолжалось до отработки долга с процентами или до уплаты его, а служилая кабала – до смерти или холопа или его господина…

Права господина на закупа или служилого холопа отличались от прав на полного холопа; они состояли в праве владения и в праве пользования им наравне с полным, но без права распоряжения, имеющего место в полном рабстве» [22; с. 406–407]. «Закуп – человек, взявший в долг деньги и отрабатывающий их личным трудом, или нанявший имущество другого – участок земли, и взявший деньги на обзаведение: следовательно, закупничество не есть только личный заклад (должника кредитору), а есть результат соединения договора займа с договором личного найма и найма имущества» [23; примеч. 97 к ст. «Правда Роськая. Список Академический»]. «Наем движимого имущества, по Русской Правде, не вызвал никаких законодательных определений. Но из условий найма недвижимых вещей возникали сложные отношения закупничества ролейного или крестьянской аренды участка земли, с чем обыкновенно соединялась отдача в пользование крестьянину разных движимых вещей (коня, плуга, бороны). Благодаря последнему обстоятельству ролейное закупничество соединялось с наймом в личное услужение и вело к временному ограничению личной свободы» [22; с. 626].

«Прикрепление [смердов] могло быть или временное, или всегдашнее. Временное прикрепление есть ролейное закупничество… которое образуется из долгового обязательства смерда землевладельцу…» [21; с. 35].