— На башню прицепим. — Тамара продолжала задумчиво глядеть на столб. — Очень уж надо на это чудо посмотреть в более хороших условиях… Да, видно, не судьба. Серж, взрывай его на фиг, нечего ему тут торчать. С собой не повезем. Давай, закладывай заряд, что встал-то? И пошли отсюда. Как твой пулемет? — Обернулась Тамара ко мне.
— В багаже сложил… ОРВ полили, замотали… Вроде должен еще лежать.
— Ну хорошо. — Тамара поморщилась.
Сергей вынул из ранца трубку взрывчатки.
— Отходите все, я с детонаторами не буду… — Предупредил он.
— Хорошо, давай.
Друг за другом мы пошли по улице. Через минуту нас нагнал Сергей.
Я оглянулся.
С тихим «чек!» верхушка колонны подпрыгнула и завалилась вправо.
Сергей улыбнулся и показал большой палец.
Переночевали в деревне, загнали вездеходы за стены, выставили часовых. Тамара даже распорядилась поднять в небо беспилотник, угловатый полупрозрачный самолет с большими прямоугольными крыльями и «бородой», комплексом приборов наблюдения в голове, направленных под углом вниз. Очень напоминает выставленную вперед бороду. Всевидящую такую бороду, хитрую. Как я помню, универсальную систему сканирования делают только на Лунной базе, и боле нигде. Очень уж хитрая система это.
Впрочем, на него особой надежды никто не возлагал, мутанты очень хорошо научились от них прятаться.
На утро движение продолжилось.
Отряды погрузились на вездеходы и поехали дальше. За нами осталась выжженное пятно, полное разломанного обгорелого дерева и битого кирпича. Уцелевшие при штурме дома взорвали, что-то пожгли, но аккуратно, чтобы не было большого дыма.
Было бы СОУ или ОРВ в достатке, залили бы, сонарами бы все пробили, чтобы больше тут никто не селился. Но чего нет, того нет. Приходится обходиться полумерами.
Через полтора часа была еще деревня. Тоже на дороге, засекли утром, с беспилотника, который теперь парил над нашей колонной, иногда забираясь вперед. На этот раз они увидели нас немногим позже, чем мы их. Огонь из пулеметов чуть не подбил хрупкую машину. Беспилотник вернулся с двумя рваными дырками в крыльях.
Тамара решила атаковать сходу, не тратить времени на разведку, не давать им возможности опомниться и закрепиться для обороны. Если уж нашли, так что время-то терять? Получите, гады, изо всех стволов.
Стояли они не очень удобно. Равнина, холмы далеко, километрах в двадцати, а на равнине вырастали высокие, метра в три высотой, стены поселения. Еще несколько огражденных укрепленных пунктов, небольших, что-то вроде срубов, в поле.
По нам начали стрелять почти что сразу, едва головной «Варан» вошел в зону досягаемости их оружия. Как раз из этих самых срубов, замелькали тусклые оранжевые вспышки, донесся перестук древнего порохового оружия. Пулеметы, мощные. Пули защелкали по броне вездеходов, пехота посыпалась вниз, на другую сторону, стали выбирать позиции. Колонна вездеходов стала тормозить движение, выстраиваясь в правильный атакующий порядок.
За деревней виднелись уходящие в сторону холмов цепочки мутантов. Шли они ходко, прямо по полю, гуськом, головные пробивали следующим за ними торные дороги в глубоком снегу. Еще пока в нашей досягаемости.
Что-то свистнуло, и завершилось ясным громким звоном, громким «ба-а-ам», головной вездеход повело вправо, получив неслабый удар в скулу.
Взревели моторы на реверсе, отводя машину назад и выворачивая ее мордой к деревне. Фонтан снега из-под колес разлетелся на разбегающихся в разные стороны людей и на соседнюю броню.
С одного из «Варанов» дальше по колонне сорвалась ракета.
Громкий «шу-ух», выхлоп укутывает вездеход в вату первичных разгонных ступеней, а дальше уже дыма не видно, на фоне такого же серого, как и выхлоп двигателей ракеты, неба. Тусклый малиновый огонек, дрожащий и медленно тянущийся, фоном наметы снега на черных полосах холмов. Елки равнодушно цепляются за скальное основание, снег лежит на их синеватых лапах, укрывает белоснежным одеялом гораздо тщательнее, чем смерзшуюся землю. Тускло, туман еще, хотя откуда ему тут взяться, при такой-то погоде?
Огонек дрожит, но скорости не теряет, упрямый он. И вдруг пропадает.
На его месте короткая, тоже такая же тусклая вспышка, и помутнел воздух, разлетелись в разные стороны вековые стволы и комья смерзшейся земли, сметнуло покрывало снега.
Взрыва не слышно, слишком уж далеко. А БМП завалился на бок, и горел, чадил черным-пречерным дымом. Как же они так его замаскировали-то, ничего не видно было, вот только сейчас из плоскостей и углов сложился угловатый корпус, и вот это пушка, а не ствол поваленного дерева. Коробка такая угловатая, черно-обгоревшая.
Второй в цепи «Варан» развернул гранатометы, то же сделал и замыкающий.
С легким хлопком ушли в воздух зажигательные гранаты, и срубы стали вспыхивать изнутри, загораясь чистым белым алым пламенем. Зажигательные гранаты того же принципа, что и у нас в АСВ и на поясах, но вот только побольше.
