Сама она была уже тут как тут, вышла из вездехода, одна. Рядом с ней только Иванцов. О чем-то быстро переговорили, я даже не успел навострить детекторы, и она одна отделилась ото всех и приблизилась к нам.
– Группа, поступаете в мое непосредственное подчинение. Шагом а-арш!
Только сейчас я заметил, что Тамара одета в боевой комбинезон и вооружена серьезно, не пулевым пистолетом, а АСВ.
Пошла она первой, сверяясь с картой на коммуникаторе, к одной ей ведомому месту. Мы втроем за ней, гуськом. Как-то незаметно перестроились треугольником, двое впереди, идут и смотрят, один сзади, прикрывает, Тамара в центре.
Сзади заворочался «Варан», мазнул поверх нас прицельными маркерами.
Хорошо, прикрывают.
Тамара провела нас по улице метров сто, прежде чем мы подошли к большому серому забору. Вернее, к тому, что когда-то было большим серым забором. Теперь забора нет, редким частоколом торчат вкривь и вкось большие серые плиты.
Дорога вела через останки ворот дальше, в сторону группы прямоугольных зданий.
Я глянул.
Ого!
– Тамара Михайловна, – сказал я, – наблюдаем скопления металла. Вот тут, – указал рукой на два горба, выступавшие из мостовой справа, – и тут, – указал на холм слева, – останки чего-то массивного.
– Гляньте.
Лешка копнул снег, отвалился целый пласт, который нарос на чем-то, похожем на сетку. Перед нами предстал покатый борт, под которым выступали два ржавых металлических диска среди мешанины хрупкой и такой же ржавой проволоки. Снег отваливался пластами, обнажая борта, показался краешек люка.
– Четыре оси, восемь колес, – сказал Лешка. – На «Варан» похож. Но башня одна, мелкая. Что это?
– БТР, – сказала Тамара. – Российская техника, не американская. Повреждения видите?
Лешка застыл на полминуты, включив объемный радар.
– Это БТР-80. Повреждений не вижу, на вид все целое.
– Ладно. Идем дальше. Надо обыскать все эти здания. Начнем с того, что найдем план этого места. Где тут что. Вот, кстати, и есть что-то похожее…
На стене висело нечто, называвшееся «Схема дв… спта по тер». Оставшиеся буквы давно исчезли. Схема явно знавала и лучшие дни, но что-то разобрать было можно. Все строения строго прямоугольные, и все обозначены номерами, никаких названий. Номера сохранились, контуры зданий тоже вырезали из жести. А вот контуры дорог, наверное, кто-то рисовал краской, от которой ничего не осталось.
Тамара сверилась с ноутом.
– Так, идем сначала сюда…
Зашли не без проблем. Двери давно превратились в пыль, внутрь наносило снега, который потом таял, оставляя после себя лужи воды. Вода проникала внутрь перекрытий, а там еще и пустоты какие-то были под землей, подвалы. И со временем вода нашла свою дырочку, пробилась до самого первого этажа.
Три провала в самом центре большого зала на входе с трудом, но обошли, и поднялись по высокой лестнице этажом выше.
Огромный холл, как бы даже не больше того, что был на первом этаже, только куда как лучше сохранившийся. Тут провалов не было, бетонные перекрытия выдержали. Со стен топорщилась вздувшаяся краска, пыльные плети свисали с потолка. Окна, заросшие грязью снаружи и пылью внутри, целы.
От движения многолетняя пыль чуть расступалась в стороны, пропуская подошву, а вот напольное покрытие рассыпалось на мелкие осколки. Какой-то вид органического материала, который все эти года так и искал момента, чтобы окончательно развалиться.
В углу холла пылись длинные столы, а на них покоились кадки с чем-то растущим. Все давным-давно высохло, только в одном углу просыпавшаяся земля из большого, высотой в половину человеческого роста горшка дала жизнь цепкому серому вьюнку.
На стене висели огромные плакаты. Большая часть уже давно истлела, но некоторые сохранились. На одном из них чумазый мутант в короткополой шляпе призывал пойти в баню после работы. На втором женщина в красном платке и с серьезным лицом, словно только что делала большое дело, призывала всех не болтать.
Нашли план этажа, называвшийся «План эвакуации в случае пожара». Висела доска, на ней эта надпись, а сам план куда-то делся. Остались только истлевшие клочки, чудом зацепившиеся за канцелярские кнопки.
Ленка включила объемный радар и минут пять сидела неподвижно. А потом сбросила нам результат.
Неплохо.
– Тамара Михайловна, имеем схему здания, – доложил я.
– Откуда это… А! Понятно. Так, ищите все, что похоже на лаборатории или начальственные кабинеты. Техника, если уцелела, должна быть там.
– Вижу два вроде бы. – Я сверился со схемой. – Один на пятом этаже, выше. И один на втором вроде бы. Сейчас уже сложно понять, тем более по схеме…
– Хорошо. Тогда делаем вот так – Елена и я стоим тут, а Алексей идет до конца коридоров, смотрите, что там. Потом поднимаемся этажом выше.
– Тамара Михайловна, может, целесообразнее было бы привлечь для проверки здания личный состав? Мы так можем и до ночи следующего дня провозиться…
– Нет! Выполнять!
Мы разделились.
