– Мне кажется, что тут не хватает памяти. – Я осторожно смахнул пыль с лицевой стороны, обнажив прямоугольную дыру по центру блока. – Вот тут должны были стоять запоминающие устройства, их нет.
– Так. – Нахмурилась Тамара. – Пока тут не оказалось много лишних людей, давайте подумаем. Это, все всякого сомнения, административное здание. Значит, тут могла быть компьютерная сеть?
– Могла, конечно, – сказал я. – Они и в СССР использовались… Тамара Михайловна, я вот что думаю. Если отсюда кто-то пытался эвакуироваться, то все ценное они могли захватить с собой, в том числе и устройства хранения данных. Не перекачивать данные, а физически унести. Там, внизу, БТР и еще какая-то техника. Может, их проверить?
– Точно. Орден тебе дам когда-нибудь за сообразительность. Пошли!
На выходе столкнулись с подъехавшим вездеходом. Народ из него уже начал выходить и распределяться по территории. И Тамара сразу же взяла их в оборот.
– Так, вот ты, ты и ты – а ну-ка, копаем вот тут!
Откопать технику много времени не заняло. БТР и два шестиосных грузовика с длинными капотами и здоровенными коробами кузова, которые моя система не опознала. Лазером срезали люк, зашли.
Внутри все осталось на своих местах, даже патроны в пулемете, с палец размером, в зеленоватых от времени гильзах. И даже пара шинелей висела на петлях около сиденья водителя, сейчас уже совсем съеденных пылью. Стоило прикоснуться, как шинели осыпались на пол мелкими обрывками.
Кузов одного из грузовиков пуст тоже, а в другом…
– Тамара Михайловна, тут какая-то бумага! В ящиках!
– Вскрывайте осторожно! – встрепенулась Тамара. – Лишние люди отошли!
Наскоро очистили от снега площадку, опустили туда один из продолговатых металлических ящиков, закрытых на висячий замок.
– Что внутри? – спросила Тамара у меня тихо. – Видишь?
Я включил объемный радар, замер.
– Однородная структура. По внешнему виду бумага, – так же тихо ответил я. – Тамара Михайловна, тут очень много бумаги. Мне кажется, что мы нашли немного не то.
– Сейчас узнаем. Вскрывайте!
Я сорвал замок, поднял и отложил в сторону крышку, сдвинул в сторону непрозрачную черную пленку.
И в самом деле, бумага. Прямоугольные полоски бумаги зеленоватого цвета, в пачках, перевязанные алой лентой, занимали все свободное пространство внутри. Налетевший ветерок швырнул внутрь ящика снежинки и вымел оттуда пыль. Бумажки встрепенулись, начали крошиться по краям.
– Что это? – спросила Ленка.
– Древние деньги, – ответила Тамара. – Американские.
– Откуда они тут? – удивилась Ленка. – Кому они нужны-то были?
– Там еще что-то есть? – Тамара заглянула внутрь грузовика. – Тут что, одни деньги, что ли? – Она подпрыгнула, уцепилась за борт грузовика и залезла в кузов. – Одно и то…
Залп пулеметов рванул мир вокруг.
Я поначалу ничего не понял, почему оба вездехода справа от меня разворачивают башни и палят куда-то в направлении серого глыбообразного здания, по форме напоминающего проткнутый, пришпиленный трубами к сибирским снегам пирог. Трассеры вдарили по верхам сугробов, взметнули снежную пыль.
– Туда, туда побежал! – заорал по трансляции кто-то.
Пулеметы пальнули еще раз, потом ближайший ко мне вездеход стал разворачиваться, выбирая лучшую позицию. Двор явно тесен двум гигантам, да еще и довоенная техника мешалась.
В это время Лешка, оказавшийся ближе всех к переполоху, что-то заметил и перебросил мне схему.
Быстро перемещающаяся красная точка, от которой сильно отставали наши. Причем перемещающаяся с ненормально высокой скоростью.
Одновременно сорвались с мест я и Лешка. Перемахнув через пролом в заборе, я оказался на заметенной улице, два дома по сторонам и бетонные блоки, торчащие из-под снега. Ленка была сзади, но тоже взяла курс за нами.
Беспилотник поднялся выше и выбросил данные на карту.
Красное пятно, бывшее расплывчатым, мигом обрело четкость и направление движения. На запад, к болотам уходило. Помедленнее, не так быстро, как рвануло от нас, но все равно быстро.
Я рванул следом. Быстро пролетел улицу, мощно отталкиваясь носком стопы от слежавшегося до каменной твердости снега, чуть повернул, и вот передо мной уходит вдаль, меж огрызков стен домов, улица. Снега почти нет, видна голая мерзлая почва. Справа дома обрываются, переходят в длинные однообразные развалины.
Ну, посмотрим, что за звери это такие в ближнем бою. Того-то мы завалили из засады, тот не считается…
На схеме передо мной замедляется красное пятно и становится все более и более расплывчатым… Оп, и вот оно уже пропало с карты.
Белое, снежно-белое тело неожиданно мелькнуло прямо передо мной. Длинная полоса мягкого меха, в котором застряли снежинки, проструилась и изменила направление движения, встряхиваясь. Открылась алая пасть, сахаристо блестели здоровенные клыки. И где-то еще мелькнул роскошный пушистый хвост.
Я нажал спуск.
