3) числительное 20 kuâhttlo, не знаю, может придираюсь, но как-то шибко отлично от kaks’küme – вепсс., kaksikymmentä – финн., kakskümmend – эст., про венгерское húsz я и не говорю. Хотя может причина в обозначении десятки, к этому подойдём.
Итак, в общей сложности 33 слова из 69 бесспорно или сомнительно прибалто-финские.
Следующая категория – это европеизмы и слова общие как в индоевропейских, так и в финских, которые можно еще охарактеризовать как общефинские заимствования раннего периода. Таких набралось всего 15 бесспорных слов. Но и тут нашлась парочка вызвавшая сомнения, это: 1) päärnaž – ребёнок. Это сильно отлично от общего прибалто-финского laps' – вепсс., lapsi – фин./карел., laps – эст., но зело напоминает шведское barn.
2) jeäʹnn – мать. Опять сильно отлично от mam – вепсс., äiti, äiskä – фин., emä, muamo – карел., ema – эст. Хотя и смахивает на венгерское anya, но еще сильнее напоминает «жена».
Таким образом, обобщив, мы имеем 17 европеизмов.
Соответственно, имеем 19 слов, не нашедших объяснения в прибалто-финских и европеизмах. Приведу их:
1) õhtt – один, возможно, общее со шведским ett, однако и шведское не имеет объяснений. Может имеет аналогию с коми оти, но и это уникум.
2) åålm – мужчина, кардинально отлично от прибалто-финских – mez', mies и пр., возможно, имеет аналогию в первом члене северного марийского э̄лмхо̄лас – человек, но надо тут разбираться, марийский тоже не имеет аналогий.
3) muõrr – дерево.
4) vuäʹǯǯ – мясо.
5) pääʹnn – зуб, не имеет аналогий в прибалто-финских hambaz – вепсс., hammas – фин., hammas – эст., но сходится к восточным уральским пинь – удмурт., пей – эрзя, пуӈк – северное манси, с коими тож надо разобраться, все ж разница в корневой гласной очень велика.
6) njuuč – язык, не имеет аналогий в прибалто-финских, но в восточных уральских есть не̄лум – северное манси, ниӆәм – ханты, и самое интересное – nyelv венгерское, похоже, но все ж не то.
7) čââʹđ – сердце. Может, тут сильно придираюсь, но разница с прибалто-финской основой südäin, sydän, süda, мне кажется, очень большая. Превратить d в đ я еще понимаю, а вот вывести из ü – ââ не понимаю. В восточных уральских тоже нет аналогов.
8) jääʹmmed – умирать. В прибалто-финских, при всем многообразии синонимов (surema, koolema, kõngema, kärvama, hinge heitma, langema, lahkuma), аналогов нет. Нет их и в восточных уральских.
9) âʹbrr – дождь, удивительнейшее слово, â´brr – сюда же и глагол «дождить».
