Паренек взглянул на суровое лицо Паромова, кивнул, и скрылся за дверью. Проводив взглядом матроса, капитан снова повернулся к Морозову.
– Про захват я практически ничего не знаю. – Тихо сказал он. – В тот момент на мостике был старпом. Услышав шум и крики, я поспешил на верх, но тут дверь распахнулась, и сюда ворвались два здоровенных негра с автоматами. Один стал у входа, а второй толкнул меня на шконку.
– Они у Вас ничего не спрашивали, не искали?
– Прямо таки. Все бумаги перерыл собака. Забрал мои записи, и ушел, а тот, что стоял у двери промурыжил меня здесь около часа, а потом привел на мостик, и там, сунув мне под нос карту, заставил завести судно сюда. вот коротко и все.
В этот момент дверь распахнулась, и в каюту вошел высокий, широкоплечий мужчина лет сорока – сорока пяти. Его голубые глаза быстро обежали всех присутствующих оценивая обстановку.
– Проходи старпом, – с неприкрытым облегчением сказал капитан. – Знакомьтесь это Михаил Данилович Ковтунь. Моя правая рука. А это… – Он запнулся, не зная, как представить неизвестно откуда взявшихся здесь людей. Его выручил Морозов. Поднявшись на встречу, он улыбнулся и протянул руку.
– Капитан Морозов, а это Паромов и Громов прибыли сюда по заданию… – Александр замолчал, и посмотрел на выглядывающего из-за спины помощника, матроса.
– Как тебя там, Синицын?
– Скворцов, товарищ капитан. – по-военному отчеканил моторист.
– Вот что Скворцов. Поднимись на палубу, и установи наблюдение за базой противника. Обо всех подозрительных перемещениях докладывать немедленно. Задание понятно?
– Так точно! Но… – Парень вопросительно взглянул на своего капитана.
– Выполняй. – Махнул рукой Гаврилов, с подвинулся поближе к иллюминатору освобождая место для помощника.
– Слава дай ему бинокль. – Попросил Александр, и когда матрос нехотя вышел снова обратился к старпому. – И так, нас сюда прислали чтобы освободить вас из плена.
– Тонкие губы помощника капитана растянулись в подобие улыбки.
– Не темните Морозов, я с первого взгляда догадался кто вы, и зачем пожаловали.
– Неужели? – В свою очередь улыбнулся Александр. – В таком случае мы довольно быстро найдем общий язык. – Морозов замолчал прикидывая в уме как дальше вести разговор. Этой паузой и воспользовался Громов.
– Саша я выйду на палубу. – Сказал он, и не дожидаясь ответа покинул каюту. Здесь ему было все понятно, а вот что делалось за бортом судна Сергея очень тревожило.
Уже на палубе он услышал нарастающий гул мотора. «Как не вовремя. – чертыхнулся Сергей останавливаясь у стены, и внимательно всматриваясь в темноту. – Что ж им не спиться-то.»
Судя по звуку, лодка подошла в плотную к сухогрузу. Мотор умолк, и Громов снял автомат с предохранителя. «Куда этот матросик запропастился? – мелькнула у него тревожная мысль. – как бы он не наломал дров этот горячий, русский ребенок.». Искать моториста было уже поздно, и Сергей притаился в засаде.
Петр пришвартовал катер к спущенной веревочной лестнице, и взвалив на плечи конфискованное оружие кряхтя и отплевываясь полез на судно, но не успел он взойти на палубу, сбросить с себя тяжелый пулемет, и с наслаждением выпрямиться как вдруг из-за контейнера, с багром над головой, выскочил рыжий паренек, и что-то громко визжа бросился на Бочкарева. На миг Петр даже растерялся. Первая его реакция была с силой садануть в ухо этому бегущему «оленю», но пожалев мальчишку он просто уклонился в сторону оставляя при этом ногу на месте. Зацепившись за неожиданное препятствие Скворцов громко ойкнул и выронив «оружие» кубарем покатился по палубе.
– Это еще что за бэтмен? – Петр нагнулся над лежащим у самого фальшборта пареньком. – Эй! Ужас орущий в ночи. Ты кто?
В ответ раздалось лишь слабое поскуливание.
– Это местный моторист. Воробьев или Скворцов точно не помню. – раздался позади него голос Громова. – С возвращением тебя, Петя.
Бочкарев повернулся. Рядом, сдерживая смех, стоял Сергей. – Вижу операция прошла успешно.
– Там – да, а вот, что у вас на судне твориться? Я лечу сюда на всех парах, карабкаюсь по лестнице предвкушении хлеба – соли, а вместо этого меня встречает какой-то ревущий Петухов с пикой наперевес.
– Я Скворцов. – слабо возразил матрос.
– Тем более. – Петр повернулся к пареньку. – Это хорошо, что ты на меня нарвался. Я к таким вещам привычный, а если бы, страшно подумать, это оказались пираты? Все, хана! У них же головенки черненькие, а сердечки слабенькие, глядишь и лежало бы сейчас здесь с десяток перепуганных трупов, и загубил бы ты в один миг свою молодую жизнь.
– Как это? – заинтересованно спросил моторист, хотя встать все еще не решался.
– Как, как. Схватили бы тебя родственники тобою убиенных, посадили бы голым Скворцовым на колючку, да и натравили бы стаю верблюдов.
– Петя прекрати пугать заложников. – Не скрывая улыбки попросил Громов, и уже с серьезным лицом обратился к пареньку. – Проводи этого человека к капитану.
Перед тем как шагнуть с палубы вглубь теплоходных коридоров Бочкарев приостановился.
