Коваль поднялся на крыльцо, открыл замок, прошел через веранду внутрь дома. Две комнаты, кухня, перестроенная под санузел кладовка – с крохотной ванной и газовой колонкой. Он зажег в гостиной верхний свет, после чего стал осматривать книжные полки и старенький, еще брежневских времен, секретер… Признаться, ему менее всего хотелось рыться в чужой жизни, но ведь с чего-то же надо начинать затеянное им – с подачи Натали и ее двоюродной сестры Лены – расследование?
Он открыл один из ящиков секретера и нашел там то, что искал: оба паспорта Романа Задорожного, внутренний российский – он, как и Коваль, в свое время сделал выбор в пользу российского гражданства – и новенький загранпаспорт…
– Очень, очень странно, – процедил себе под нос Коваль. – Что ж у нас получается? Ромчик типа уехал куда-то… чуть ли не в Турцию маханул! А что ж это он с собой документы-то не захватил?!
Он бегло просмотрел бумаги, которые обнаружились в ящиках секретера; пролистнул поочередно найденные на полке фотоальбомы… И не обнаружил ровным счетом ничего полезного, ничего такого, что могло бы указать на причину столь внезапного – и странного – исчезновения его давнего приятеля.
Коваль вернул все на место, выключил верхний свет, вышел на крыльцо, запер дверь. Затем он завернул за угол дома и подошел к сложенной из силикатного кирпича и крытой шифером хозпостройке. Нашел в связке нужный ключ, открыл дверь сарая, щелкнул пакетником – тут же вспыхнула лампочка, осветившая внутренности сарая. Здесь хранится садовый инвентарь; в дальнем углу, накрытые одеялом на случай заморозков, два сетчатых мешка с картошкой…
Отдельно, на стеллажах, укутанные в куски брезента и старые солдатские одеяла, хранятся с полдюжины баллонов, десяти, двенадцати и пятнадцатилитровых, одинарных и спаренных Нашлось и еще кое-что из подводного оборудования. Но дайверской экипировки собственно самого Ромы Задорожного – например, выписанного им из Италии компьютера, «зимнего» сухого костюма с электробогревом и генератор для закачки дыхательной смеси в баллоны (всё производства фирмы «SKUBAPRO») – ни в доме, ни в хозпостройке не обнаружилось.
Коваль сел в «девятку» и отправился на Шевченко, к садам, по направлению к Камышовой, где Задорожний вот уже пару лет арендует спаренный бокс в кооперативных гаражах (минут десять езды от Казачьей).
По дороге он сделал несколько звонков со своего мобильного. Ему удалось поочередно дозвониться трем мужикам из числа их общих знакомых, но никто из них, как ему было сказано, не пересекался с Задорожным начиная с конца ноября.
Коваль был в курсе, что родители Романа проживают в Харьковской области, но побеспокоить их тревожным телефонным звонком он не решился. Лена тоже сказала, что звонить «батькам» покамест не следует: она пару дней назад говорила с ними по межгороду, так те сами справшивали, что ж Рома им так долго не звонит. Еще один знакомый, Толян Полосухин, фанат дайвинга, как и Задорожный, холостяк по жизни – он работает в частном секторе, чинит бытовую электроаппаратуру – на звонок не отозвался (или кредит кончился, или сам мобилу отключил)…
Вскоре Коваль подьехал к сдвоенному ряду кирпичных гаражей. Он остановился возле окрашенных в «шаровый» цвет гаражных ворот. Когда он отпирал браму, из открытых настежь ворот соседнего бокса выглянул знакомый с виду пожилой седовласый мужчина, на котором красовалась видавшая виды шкиперская куртка-«канадка».
– Здравствуйте! – сказал он глуховатым голосом, в котором, впрочем, угадывались командирские нотки («кап-раз» в оставке, лет двадцать назад, перед уходом на пенсию, занимал должность начштаба бригады ракетных катеров ЧФ). – Э-э-э… извините, я думал, сосед наконец появился.
– Здравия желаю, товарищ капитан первого ранга, – Коваль подошел к ветерану и пожал ему руку. – Я приятель Задорожного… Алексей.
– А где сам Роман? – поинтересовался сосед Задорожного по гаражу. – Он у меня домкрат в прошлый раз позаимствовал! И еще обещал дать на время набор «бошевских» инструментов.
«Я бы тоже хотел знать, куда это пропал Задорожный» – подумал про себя Алексей.
Но вслух сказал другое.
– Он сейчас в отьезде. Я приехал посмотреть, все ли здесь в порядке. Минутку, товарищ кап-раз… сейчас открою…
Коваль поочередно развел в стороны створки ворот. «Баян» стоял в гараже, укрытый брезентом. В стене бокса был пробита арочный проход, через который можно попасть в другой, смежный отсек.
– Ага, – сказал кап-раз. – А вот и мой домкрат… Я его заберу, вы не против?
– Да, конечно. Берите, раз это ваша вещь.
– Мой, а то чей же! Можешь не сомневаться… – ветеран отнес домкрат в свой бокс… Спустя короткое время от порога вновь послышался его хрипловатый голос. – «Опелёк» мой совсем на ладан дышит… такой же древний, как и я! Кстати, Алексей… А ты из каких будешь?
– В каком смысле?
– В каких частях-подразделениях служил? Ты ведь из наших, кажется, из флотских?
– В морской пехоте служил. Последняя должность – замкомандира роты…
– В Казачьей? Или в Феодосии, в «Сатурне»?
