Русские суеверия полностью

«При укушении змеей» к ранке прикладывали сырую землю: «Если змея черная, то и прикладывать к ране нужно землю черную, если змея серая, и землю надо привязывать серую, если же змея укусит пятку, то всякое лечение бесполезно: человек все равно умрет» (Новг., Череп.) 〈Попов, 1903〉. Укушенное место смачивали и размывали водой, настоянной на почках освященной в церкви вербы (рязан.).

Действенным средством от змеиного яда повсеместно считались заговоры, сопровождаемые различными действиями. «Стану я, раб Божий [имя], благословясь, пойду, перекрестясь, в чистое поле, в широкое раздолье. В чистом поле, в широком раздолье найду я святых Божиих угодников – 12 братьев киевских, Фрола и Лавра и Победоносца Егора Храброго. Уж вы, святые Божии угодники – 12 братьев киевских, Флор, Лавер и Победоносец Егор Храбрый! На меня спустила нечистая сила лютого змея. Он укусил меня (или – такого-то). Вы, Божии угодники, защитите и оградите у меня, раба Божьего [имя], опухоль! А ты, батюшка Егор Храбрый, убей своим жезлом лютого змея! Всегда ныне и присно и во веки веков. Аминь» (все время, пока звучал этот текст, нужно было щипать укушенное место) (забайкал.). На Вологодчине «от укушения змеи» трижды читали: «Змия, у тебя слюна в роте и у меня в роте, у меня слюна в роте, а у тебя в море. Век по век отныне и до веки и во веки веков. Аминь» (заговор произносили трижды, сплевывая и смазывая место укуса).

В Забайкалье (как и в других местностях России) полагали, что «от змей существует два рода заговоров. Одними как бы укрощают змей и тем делают их безвредными, а другими излечивают от укуса. Кроме того, особыми заговорами созывают змей с разных концов в определенное знахарем место. Тот, кто знает заговор от змей, берет их голыми руками и кладет их себе за рубашку, на голое тело. Змеи не причиняют ему вреда». Заговор «на укрощение змей» в Забайкалье звучал так: «Стану я, раб Божий, благословясь. Пойду я, перекрестясь, из дверей во двери, из ворот в ворота. Умоюсь я не водою, а утренней росою, утрусь тонким белым полотном, подпояшусь светлым месяцем, обручусь частыми звездами и калеными стрелами. Пойду я в чистое поле, в зеленые луга. В зеленых лугах на крутой горе стоит соборная церковь. В этой церкви стоит золотой престол, на этом престоле стоит батюшка Илья-пророк. Благослови ты меня идти в чистое поле! В чистом поле стоит ракитов куст, под тем кустом лежит серая змея Василиска и змей-полоз – Василий. Пойду я к вам поближе. Я к вам пришел жало вынимать, у вас силу отнимать. Утолите свое сердце, удалите свое жало в сырую землю. Будьте мои слова на вас заговорены (имена всех, кого желают заговорить, или всей семьи) не трижды, а один раз на положенное время на всякий день и на всякий час. Отныне и до века. Аминь» (заговор произносили один раз, в субботу; он имел силу в продолжение всех летних работ, на которых можно было столкнуться со змеей) 〈Логиновский, 1903〉.

«Увидишь змею – за хвост ее встряхнуть, тогда не укусит и не уползет никуда» (волог.) 〈Адоньева, Овчинникова, 1993〉.

Тем не менее преобладающее чувство крестьян по отношению к змеям – суеверный страх: в некоторых российских деревнях старики и сейчас опасаются убивать даже гадюк, считая, что это навлечет беды.

ЗМЕЙ (ВОЛОКИ́ТА, ГОРЫ́НЫЧ, ГОРЫ́НИЩЕ, ЛЮБА́К, ЛЮБОСТА́Й, НОСО́К, О́ГНЕННЫЙ, ПО́ЛОЗ, ЦАРЬ ЗМИУЛА́Н) – фантастическое существо, чудовище, соединяющее в себе черты пресмыкающегося, птицы, животного, человека.

Облики змея, одного из наиболее впечатляющих героев сказок, былин, легенд, преданий, многообразны – от огромной змеи до крылатого многоглавого чудовища. «Откуль же взялся Змей Горынище, об двенадцать голов, об двенадцать хоботей» (смолен.); «Птица Усыня – змей о двенадцати головах» 〈Худяков, 1964〉. Змей Полоз – «о трех головах» (симбирск.). Число голов змея различно; преобладают три, шесть, девять, двенадцать голов.

Царь Змиулан – существо «вровень с лесом»: «что не дуб стоит, Змиулан сидит, что не ветер шумит, Змиулан говорит» (из заговора) (Южная Сибирь). В поверьях Саратовской губернии змей – черный, с ведро толщиной, две сажени длиной, с огромной человеческой головой. Он сидит на свернутом хвосте, говорит человеческим языком, но непонятно. На лубочных картинках у змея когтистые лапы и длинный хвост. Иногда (особенно в сказках и былинах) змей имеет облик чудовища-всадника: «Я ведь видел-то сегодня чудо чудное, / Чудо чудное сегодня, диво дивное: / Еще ездит по чисту полю змеище все Тугарище» (из былины) (беломор.). У змея есть владения (царство), жилище, порою – жена и дети. «Поверье об огненных змеях есть в народе такого рода, что были они когда-то и жили не на земле, а под землей в своих царствах» (арханг.).